Марк Мракович. Каникулы в Страхсильвании

— Бабушка позвонила своей сестре и договорилась, что вы немного погостите у тёти Элеоноры.

— У тёти Элеоноры? — удивился Марк. — Что-то я не припоминаю ничего о ней. Она что, живёт в Страхсильвании?

— Э-э-э, да… — развёл руки в стороны дедушка Феликс. — Мы крайне редко общаемся, но бабушка всегда ей отсылала открытки и иногда звонила. Вот и ты теперь с ней познакомишься. Так бабушке будет спокойнее, что хоть к каким-то родственникам поедешь.

— Ладно, дедушка. Я понял, — успокоил Марк. Дедушка Феликс тем временем улыбнулся и снова исчез в стене.

Марк ещё немного подождал, а затем повернулся к другу. — Они никогда не говорили, что у нас есть родственники в Страхсильвании. Хотя всегда знали, как мне интересна эта деревня.

— И чем бы тебе это помогло? — не понял Дарин, накрывая зеркало покрывалом. Он уже успел его подвинуть обратно, чтобы оно не мешалось в проходе.

— Не знаю, — пожал плечами Марк. — Я бы, может, попросил каких-нибудь сладостей мне прислать оттуда. Или открытки…

— Ну вот видишь, ты даже сам не знаешь, что бы сделал и попросил.

Теперь сам поедешь и всё увидишь. Это ведь намного круче.

— Да, наверное. Правда, бабушка так за меня переживает, — грустно сообщил Марк. — И я даже думал, может стоит остаться и никуда не ехать? Но моё желание намного сильнее, чем мне казалось прежде. Я чувствую, что должен побывать в Страхсильвании.

— Не парься, — проходя мимо, Дарин хлопнул друга по плечу, а затем взял с подноса бутерброд. — Конечно же она волнуется. Ты всю жизнь рядом, никуда не выезжал.

А тут придётся расстаться на несколько дней, да и ещё и отправиться так далеко.

Дарин стал жевать бутерброд и завалился на кресло-качалку. Он покосился на стопку открыток, приходивших Марку от отца, но ничего при этом не сказал.

Впрочем, Марк сам поймал его взгляд.

— Тяжело было хранить их у себя в комнате, — объяснил он и подойдя к подносу, тоже взял бутерброд.

— Да уж… Эта старомодная традиция в вашей семье имеет огромное значение, судя по всему.

Марк решил сесть на стул, рядом с Дарином.

Но стоило только потянуть покрывало, чтобы его снять, как из-под стула с грохотом выкатилась клетка. Большая, чёрная, с дверцей в виде острой арки и массивным толстым дном.

— Никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь, — вспомнил Марк одну из присказок бабушки, которая оказалась довольно к месту.

— И ведь не поспоришь, — хмыкнул Дарин, встав с кресла. Он положил бутерброд на блюдо и с лёгкостью поднял тяжёлую клетку. — Знаешь, это ведь всё часть тебя.