Аромат волшебства. Книга вторая

- Виктор! – в последний раз воскликнул Людвиг и упал на колени, чтобы было удобнее прижать к себе пасынка. Он жарко обнял его, нисколько не заботясь о собственном дорогом костюме. Он прислонился к чумазому личику щекой и с облегчением прошептал. – Как же долго я искал тебя, Виктор.

Детские ручонки медленно и крайне неуверенно обвились вокруг шеи отчима, а затем мальчик несколько раз судорожно всхлипнул и вдруг разрыдался в голос. Правда, всё равно смог жалобно запричитать сквозь слёзы.

- Тятя, тятенька. Мне было так плохо, тятенька! Я домой хочу.

Забери ты меня отседова. Забери…

Желание отругать мальчика за непотребные крестьянские слова всколыхнулось и тут же угасло в Людвиге. Он ещё крепче, как будто боялся потерять, прижал к себе ребёнка и даже поцеловал малыша в лоб.

- Это вы кто такой будете? Чаво к моему работнику лезете? – между тем встал в позу трубочист, но его бегающие глазёнки смотрели на мага с настороженностью. Он видел, что этот мужчина не чета ему, бери выше. И поэтому боялся.

Продолжая одной рукой прижимать мальчика к себе, Людвиг поднялся на ноги и с присущим ему аристократичным высокомерием оглядел трубочиста сверху вниз.

Маг вмиг припомнил выданную Виктору оплеуху и ругательства. Оттого и не понравился ему этот мужчина больше, чем мог бы. Причём настолько, что он даже расспрашивать о житье пасынка ничего не стал и уж, конечно, не стал благодарить за заботу о нём. Какая забота, если ребёнок не мыт, одет в рваньё, бос и щёки у него от недоедания впали?

- Я опекун этого мальчика, так что ищите себе другого подмастерье, - категорично заявил Людвиг, после чего пнул ногой в сторону трубочиста упавший с плеча мальчика мешок.

Семён Михалыч недовольно сощурился, но, подумав, спорить не стал. Безо всяких возражений поднял свою вещицу и, что-то недовольно бурча под нос, пошёл прочь. Людвиг проводил его гневным взглядом, а затем снова присел возле малыша.

- Как ты? С тобой всё хорошо? – обеспокоенно спросил он и обрадовался мягкой улыбке. Первый порыв ярких чувств Виктора закончился, и мальчик начал смотреть на отчима с опаской.

А Людвигу не хотелось, чтобы сын Мари на него так смотрел. Он крайне не хотел этого.

- Да, хорошо, - тихо прошептал Виктор.

- А где твой брат? Где Виталий?

- Не знаю. Федюня сказал, что его шпики заловили.

«Какой кошмар, опять этот жуткий сленг!» - мысленно простонал Людвиг, но вслух отреагировал иначе.

- За что его забрали? И кто такой Федюня?

- Друг… Но он тоже, тоже на днях пропал.