Тени и Власть

И правда – буквально тотчас, когда Аннушка повернулась к немцу, насупилась и упёрла руки в бока, тот истошно завопил, плюхнулся на зад на булыжную мостовую и стал отползать, не переставая верещать от ужаса. Катерина скривилась от отвращения и закусила губу. Беатрис, которую уже начал отпускать страх, взирала на происходящее со смесью отвращения и жалости. А Иван, стоя спиной к Мольтке, просто глубоко вздохнул, открыл глаза, и услышал, как крики того превратились в звуки рвоты – весь алкоголь, поглощённый мракоборцем в “Гусе и Кабане” стремительно и очень противно выходил наружу.

– Дядь, ты так больше не говори, – гневно произнесла маленькая девочка и повернулась к русскому волшебнику, – Пойдём?

– Анечка, – тот совершенно без удовольствия покосился на Рихарда, которого всё ещё рвало, – Мы не можем его вот так тут оставить.

– Я, пожалуй, перемещу его домой, а то с ним ещё что-то случится, – Катерина глубоко вздохнула и подошла к закончившему исторгать из себя содержимое желудка немцу, – Не так я представляла посещение твоего поместья, конечно, – она достала палочку, а мракоборец поднял на неё голову, отёр рукавом рот и хрипло произнёс:

– Не надо в поместье, не хочу.

– Тебя не спрашивают, – отрезала немка, ухватила его за плечо и начала поднимать.

– У меня есть квартира, – сдавленно произнёс тот и поднялся на ноги, – Лучше туда.

– Лучше, куда я решу, – она с жалостью посмотрела на подчинённого, который переминался с ноги на ногу и не решался поднять на неё глаза.

– Ладно, – махнул рукой Лисицын, – Сами определитесь, – он повернулся к Беатрис, – А с Вами, сударыня, у нас будет небольшой вечерний променад.

– Я не знаю Вашего имени, сеньор, – та расплылась в улыбке, стараясь не смотреть на Аннушку, которая начала внимательно её разглядывать.

– Иван Лисицын, чёрный маг и хладнокровный убийца из России.

– А, ну это меняет дело, – снова улыбнулась испанка.

– Ты хотела поймать старика на живца, – произнесла совершенно спокойным голосом Аннушка, но от этой фразы Беатрис нервно сглотнула, надеясь, что этого не услышали немцы.

Но те не обратили на оставшихся в переулке волшебников никакого внимания, Катерина отряхнула мантию Рихарда и ушла с ним в аппарацию, а потому Понсе де Леон лишь тяжело вздохнула, утвердительно кивнула и произнесла:

– У меня не было чёткого плана, я шла сегодня на удачу.