Тени и Власть

Единственный нюанс подобных пряток был в том, что скрываться придётся до тех пор, пока Старец Горы про тебя не забудет, а сделать он это сможет по двум причинам: твоей смерти, или когда кто-то придёт и выкупит твою жизнь у него. Правда, все знают, что Глубинному Государству закрыта возможность торгов с ним. Если только кто-то ещё обратиться с вопросом про жизнь Хакима, но для него сейчас это был не самый главный вопрос. Он вообще про это не подумал.

А вот кто обратился в Аламут за его головой – это уже было интересно.

**(27 августа)

– Товарищ некромант, а почему тёмный ритуал надо проводить именно в четыре утра? – Иван Лисицын стоял в столовой на базе War&Consulting и боролся с зевотой. Зевота побеждала, потому тыльной стороной ладони, свободной от волшебной палочки, он то и дело прикрывал рот.

Стоял фсбшник под большим цветастым плакатом, нарочно повешенным на длинную стену: “Пусть горит земля под ногами тунеядцев!” – был в этом какой-то шарм из давно ушедшей советской эпохи.

В центре зала деревянные столы были раздвинуты и аккуратно расставлены к стенам, а сверху них заботливо положены ножками вверх стулья – как заметил Михаил Романов: “Словно в школу вернулся. С той лишь разницей, некромантов среди старшеклассников я не видел”.

– Понимаешь, в начале шестого придут сюда повара и начнут готовить еду, – Свят Салтыков вместе со своей сестрёнкой деловито вычерчивал на бетонном полу магический круг, не доходивший до края столов у стен всего-лишь по половине метра.

– Можно было и на плацу это сделать, – пожал плечами Иван и обернулся на дверь, которая была позади него. Ничего с дверью не происходило, она всё также была закрыта, но даже гипотетическая возможность нападения несколько нервировала.

– Ага, чтобы на утро весь европейский ютуб знал про нас, – Михаил, удлинил свою телескопическую трость до размеров боевого шеста и прохаживался взад-вперёд вдоль своей стены, напротив Лисицына.

Над его головой висел плакат “От дармоедства труд – лучшее средство”, и в углу у перпендикулярной стены также была дверь, из которого мог появится кто-то нежелательный, хотя все собравшиеся в этом помещении волшебники понимали – опасаться надо не тех, кто придёт снаружи.