Тени и Власть

– Да ладно, извини, – она поднялась и внимательно посмотрела на мужчину, – Нет смысла ссориться, мы в одной темнице.

– Помнится мне, девять дней назад испанцы выглядели потенциальными союзниками вам, – тот выдержал паузу, – И нам.

– А где тогда девочка, с которой ты появился? А где Хаким, которого она схватила? – Катарина покачала головой и прошлась до открытого окна, после опёрлась на подоконник руками и выглянула на улицу, где над морской гладью носились чайки.

– Будет крайне обидно, если Хакима мы всё же потеряли, – поёрзал Иван, чуть скривившись от боли, – А Аннушка, думаю, сама о себе позаботиться может.

– Слушай, я так и не знаю, как мы здесь оказались, а ещё не знаю, жив ли на самом деле этот придурок…

– А ещё не знаешь, подслушивают ли нас сейчас?

– Подслушивают, это я точно знаю, – Браун покачала головой и зажмурила глаза, когда в плече появилась боль, – Давай я попрошу тебе принести завтрак, – она повернула глаза к Лисицину и улыбнулась, – Знаешь, они мне выдали колокольчик.

Колокольчик для связи с прислугой!

– Приходит домовой эльф? – тот усмехнулся.

– Нет, креолка в переднике, – рассмеялась немка, – Слушай, я такое только в фильмах видела. И в чепце.

– Я хочу на это посмотреть, – повёл плечами мужчина и сжал зубы, чтобы не застонать.

– Отдыхать тебе надо, – с сочувствием посмотрела на него девушка, – Но да, завтрак нужная вещь.

Она прошлась до тумбочки у изголовья своей кровати, взяла массивный латунный колокольчик на длинной резной ручке и развернулась к русскому, который замер, делая вид, что совсем не старался самостоятельно устроиться поудобнее.

– Давай помогу, – Катарина посмотрела на него, как на несмышлённого ребёнка и позвонила в колокольчик. А после подошла к изголовью кровати Лисицына и, несмотря на молчаливый протест того, всё же поправила ему подушку и усадила поудобнее.

***(07 сентября)

Анна Эберль сидела за своим массивным столом, откинувшись на высокую спинку мягкого кресла, и нервно постукивала пальцами по обитой синим сукном столешнице.

Полуденное солнце, разливаясь светом из окна, ярко освещало её небольшой кабинет, да так, что на световые пятна на сером камне было больно смотреть. Но закрывать шторы Анна совершенно не спешила – напротив. Скорее пусть весь мир знает, что родилось под сенью лесов Вестфалии. И это всё походило на то, что эпоха пряток в тени подошла к концу.