Тени и Власть

Сзади них шли Аннушка Салтыкова и Тома де Талейран-Перигор: первая – в своём неизменном платье с ангелочками, а второй – в красно-золотом сюртуке и в шляпе с плюмажем из павлиньих перьев, он всегда предпочитал выглядеть красиво. За ними уже шли два волшебника средних лет в наглухо застёгнутых чёрных камзолах – именно эти два ритуалиста были даны Энрике де Бурбоном для проведения этой миссии. А замыкали процессию, идя, в том числе, по бокам от ритуалистов, шли четверо молодых черноволосых юноши в распахнутых чёрных мантиях – ещё одни молодые и горячие испанские волшебники, которых Беатрис успела найти за те несколько дней, которые у неё были.

Их имена она даже не особо запомнила, да ладно – даже имена ритуалистов она не могла бы сейчас вспомнить, а они, между прочим, были из уважаемых знатных магических семейств!

Фонари на кладбищенской аллее большей частью не горели, потому что кому из местных захочется прогуляться по кладбищу заполночь? Так что вокруг процессии была относительная темнота – относительная, потому что от низко висящих туч отражалась городская засветка, дававшая довольно много серого света, а кроме того кое-где то справа, то слева, какие-то надгробия подсвечивались.

Зачем это было нужно, испанка не представляла, тем более, что старалась не обращать на всё это внимание – нежить наружу не показывалась, так что можно было не отвлекаться.

– Они рядом, – вдруг бесстрастно произнесла Аннушка, не сбавляя шага, – Дяденька, Вы чувствуете же их?

– Да, но они здесь живут же, – показательно беспечно ответил Тома.

Беатрис же, услышав их диалог, чуть замедлилась.

– Их выгнали из дома, – покачала головой девочка, – Они вокруг нас не по своей воле.

– Что ты имеешь в виду? – француз немного удивлённо покосился на неё.

Беатрис тотчас остановилась, увидев впереди, метрах в пятнадцати, две фигуры людей. Они стояли в полумраке у античной скульптуры у входа в арку перед большим некрополем. Что-то за фигурой светилось, потому оба человека выглядели немного зловеще: один – немного обрюзгший среднего роста, а второй – рослый и с посохом, на который он же и опирался.

Первый немного нервно переминался с ноги на ногу, то и дело поглядывая на часы, а второй стоял, словно изваяние некрополя позади них.

И тут же испанка поняла, что мир изменился – стало заметно темнее, это были уже не серые сумерки, а полноценная ночь, словно кто-то долил чернил в окружающее пространство.