Тени и Власть

– Как реконструкторы талибов: нарочито большие тюрбаны, серые рубахи и накладные бороды, – усмехнулся русский в трубке, – Не обращай на них внимание, они там явно для отвода глаз.

– Понял, тогда выдвигаюсь.

– Такси вызвал?

– Нет, сейчас буду, – прижав трубку плечом, немец подошёл к смартфону, лежащему на столе, – Время ещё есть, должен успеть.

– Если не успеешь, то и не страшно, – после некоторой паузы сообщил голос в телефоне, – Значит, не судьба. Ладно, ни пуха!

– К чёрту! – Рудольф довольно быстро выучил эту русскую присказку и нынче ему даже стало нравиться её использовать.

Только вот после того, как он нажал на телефоне “отбой” что-то мрачное поселилось в его мыслях, что-то стало зудеть в уголке сознания. Какая-то неясная тревога. Словно бы сейчас он покинет свою небольшую квартирку и больше сюда не вернётся. На мгновение захотелось бросить всё и остаться дома, но юноша поморщился и вызвал такси. Затем посмотрел на сумку, стоявшую на банкетке для обуви – в неё лежали документы для передачи Рахману.

Именно эту же самую сумку он забрал из вокзальной камеры хранения, и вот сейчас повезёт фактически обратно. А в голове почему-то именно в этот момент возник образ Нины – рыжеволосой Лары Крофт, в шортах и майке с пистолетом и смартфоном – как жаль, что та странная прогулка в особняк в Саксонии оказалась последним днём, когда они виделись. Чёрт возьми, не погибни она, быть может, что-то бы и пошло по-другому, но чего уж теперь горевать – таков мир. И ему предстоит жить в нём.

“Убер” прислал уведомление о том, что автомобиль уже ждёт – Рудольф глубоко вздохнул, взял сумку с документами и открыл дверь квартиры.

– Как я понимаю, группа поддержки была срисована сразу при выезде из базы? – София Ириновская нависла со спины над сидящим за монитором Даниилом Перепилицыным с позывным Хеопс.

– Да, товарищ майор, – тот поиграл желваками, но не стал поворачивать голову.

Перед ним на одном мониторе были изображения с камер наружного наблюдения: одна – из фургона группы поддержки, а другая – из летней веранды бара через дорогу. А на другом мониторе – карта с отображёнными тремя маячками: два замерли рядом и один находится в движении.

Сама комната была небольшой – стол у окна с двумя мониторами, позади, у двери – другой, заваленный бумагами, посреди которого стояла дымящаяся пепельница из консервной банки.