Трагичное предание на Хэллоуин

Разгоряченные и утомленные, они и не заметили как ночь начала понемногу отступать. Лишь когда небо стало сочетать в себе все больше и больше светлых тонов.

— Знаешь, Монбери, — разрядил тишину Эдди, — все эти два месяца я пытался понять, что же скрывается за этим твоим покрывалом. Ты говорил, что у вас есть тело, но вам нельзя его показывать.

Монбери кивнул, приподнимаясь с земли.

— Говорил.

— Поэтому, я много думал о твоей внешности. Мне кажется, что у тебя просто обязаны быть темные волосы, карие глаза, белая или голубая кожа.

Услышав догадку, Монбери рассмеялся. Кажется, это был первый раз за последние несколько лет, когда он с кем-то искренне смеялся. И хоть догадка была отчасти верна, Монбери не мог согласиться с ней.

— Почему ты смеешься? Это значит, что я угадал?

— Это значит, что твое предположение — забавное. Вот и все.

— Но если не так, тогда как ты выглядишь?

Взгляд Эдди посерьезнел. Уставившись на прорези для глаз, он почти потребовал огласить истинный вариант.

— Это не честно, Монбери. Мы ведь друзья, так в чем проблема? Неужели все же во мне?

— Это не так, — качнул головой Монбери.

— Тогда что? Хоть мы не так давно знакомы, но если мы всегда будем держаться друг от друга на расстоянии и не делиться секретами, то как тогда мы сможем дружить?

Монбери отлетел в сторону. Что за ультиматумы? Почему Эдди так хочет знать о его внешней составляющей? Ему вдруг стало не по себе.

— Подожди, не улетай! Прошу тебя, — слезно бросил Эдди.

Он совсем не этого хотел. Лишь увидеть настоящий облик привидения — того, что скрывается за этой белой оболочкой. Но кажется, он был слишком нетерпелив.

— Почему ты так хочешь увидеть меня без накидки?

Монбери приблизился, но все еще держался на расстоянии. Все же, было страшно. Пусть Эдди и его друг, но он никогда прежде не снимал накидки вне своего дома. В особенности, перед человеком.

— Я... я лишь... я хотел... — бормотал он себе под нос. — Я хотел... это просто...

Монбери приблизился.

— Ты ведь не собирался мне вредить, правда?

Эдди поднял на Монбери испуганные глаза.

— Вовсе нет! — воскликнул он. — Ты ведь... ты же... мой единственный... настоящий друг.

— Тогда, я сниму накидку. Только не пугайся.

Отойдя в сторону, Монбери встал под лунным светом так, чтобы его тело было лучше видно. Его руки медленно потянулись к верхушке накидки и расстегнули необходимые элементы. Схватившись за ткань, Монбери резко дернул ее вниз.