Не ловите мух...

Даже местный кот Шершавый Пью предпочел забраться в свою трубу, только бы не попасться им в лапы: еще, чего гляди, дернут за хвост, пнут или и вовсе придушат, в то время как у него осталось не так уж и много кошачьих жизней.

Все типы (а их было шестеро) курили папиретки, выдыхая тучи зловонного синего дыма, то и дело сплевывали себе под ноги, шморгали носами и не забывали браниться через слово – в общем, вели себя так, что вряд ли им были бы рады в какой-нибудь уютной гостиной на каком-нибудь приличном чаепитии.

Гаденькая погодка явно решила составить этим типам конкуренцию: то и дело поднимавшийся ветер пробирал до костей, снуя меж дымоходами по занесенной листьями крыше. Несмотря на то, что в № 24 по улице Гримлох было пять этажей, листьев сюда намело так много, что они укрывали и площадку, и скаты, и водосточные желоба сплошным ковром. И неудивительно: все погодные датчики в Габене сейчас завуалированно сообщали, что вскоре город утонет в листьях по самые чердаки.

Типы на крыше предпочли бы сейчас засесть на пару дней в темном углу паба, а не топтаться у птичников и подставлять грубые шершавые лица ветру да летящим прямо в них листьям, но пришли они сюда и правда не просто так.

– Да вы только поглядите, парни! – осклабился широкоплечий громила с черной прогалиной на месте одного из зубов. Судя по злобному виду и размерам, этот громила был вожаком. – Кажись, обед подали! Как знали, что мы голодные заявимся!

– Сервировочка между тем хромает, – поддержал шутку нескладный увалень с подкрученными усами и распухшим носом.

– И то верно, Домби, – хмыкнул громила, – но мы ведь из не особо притязательных.

– Поперчить-посолить – и будет в самый раз, – хохотнул еще один из этих «не особо притязательных».

– Точно, Уискер, и… – Громила вдруг потянул носом воздух и гневно сдвинул брови. – Буппиш, шило тебе в глотку, ты снова испортил воздух, свинота вонючая?

– Что вы, сэр! – покраснев, опустил глаза упомянутый Буппиш.

Громила, разумеется, не поверил:

– Варит свою похлебку из вранья?! Это уже третий раз за десять минут! Еще раз прохудишься, зашьем тебе зад!

Буппиш продолжил оправдываться, но его никто не слушал.

Один из типов решил подойти поближе к «сервированному на крыше обеду», и из-под его башмака раздалось мерзкое чавканье.