Не ловите мух...

– С меня хватит!

Бенни развернулся и бросился бежать.

Выскочив из штаба СВК, он добрался до тайного хода, выполз из «Прессштемпеля» на четвереньках, а затем ринулся через газетный архив.

«Ни за что! – грохотали в голове мысли, когда он поднялся в редакцию и выбежал на улицу. – Я никогда туда не вернусь! Клянусь! Никогда! Никогда! Никогда!..»

***

Вернулся в штаб СВК Бенни уже на следующую ночь. Да, он поклялся себе, что не сделает этого, но, как и все газетчики в городе, считал, что «клятва»– это просто набор символов и еще то, чем люди сами себя ограничивают, когда им вдруг становится скучно жить.

Неужели у него был выбор?

Целый день Бенни провел там, где прятался от всего мира, когда пребывал в разбитых чувствах, – под кроватью в гримуборной Мередит.

Возлюбленная Бенни ничего не понимала – сперва она пыталась выудить его при помощи своего кота Реджи, используя его когти, как крючья «кошки», но Бенни огрызался, плевался и щелкал Реджи по носу, требуя от Мередит и ее лохматого питомца оставить его в покое.

Тогда Мередит поняла, что это не обычный, как она это называла, «приступ Трилбизма» и сменила тактику. Она положила на пол у кровати коробку конфет и принялась ждать. Рука Бенни раз за разом выбиралась наружу, хватала конфету и исчезала, пока коробка не опустела. Затем на смену конфетам пришла чашка кофе, в который Мередит плеснула джина. Чашка исчезла под кроватью, и вскоре из-под нее раздалось бессвязное бормотание вперемешку со всхлипами.

Мередит и правда решила оставить его в покое.

Но только лишь на время – она знала, что он непременно ей все расскажет, когда будет готов. Бенни всегда ей все рассказывал.

Вот только у Бенни, казалось, впервые в жизни закончились слова. Он попросту не знал, как о таком расскажешь. Лежа под кроватью и, время от времени сморкаясь в розовое боа Мередит, которое нашел тут же, он думал обо всем, что произошло.

Так он провел остаток ночи и весь следующий день, а затем, дождавшись, когда Мередит отправится на сцену плясать для различных мерзких жирных толстосумов, выбрался и, размяв затекшее тело, направился к выходу из гримуборной.

Прежде, чем вернуться в штаб СВК, он заглянул в комнату Жозефины и стащил у нее бутылку джина. Подумав, прихватил еще одну – нужна была помощь «Слепого Каторжника», поскольку он знал, что в трезвом состоянии ни за что не решиться сделать то, что собирался.

По пути в редакцию Бенни опустошил обе бутылки, и в логово тайного общества проник, уже будучи изрядно навеселе.