Ржавчина

Девочка молчаливой тенью стояла за спиной, наблюдая за сборами. Хорошо бы отправить её в душ, но воды нет — я проверял.

— Одевайся, — я постарался вложить в слова побольше тепла, — я подожду за дверью.

Вот что в таких случаях полагается делать? Психолог нужен. И тест на беременность. В самое ближайшее время. И... Со злостью я саданул кулаком по дверному косяку —боль несколько отрезвила. Если бы застреленный парень появился сейчас передо мной, я бы с удовольствием убил его ещё раз. И ещё. Странно, что волна ненависти нахлынула уже после перестрелки — если, конечно, её можно так назвать.

В фильмах на то, чтобы перебить всех противников, тратили чуть ли не полчаса, гильзы сыпались веером, а патроны не кончались и не кончались. У нас же на всё ушло от силы несколько минут. Наверное, поэтому эмоции пришли с опозданием. Интересно, так всегда? Надо Стэна спросить, он явно лучше меня разбирается в способах угрохать ближнего своего.

Вынырнув из собственных мыслей, я сообразил, что Лита что-то слишком долго возится.

Руки бы на себя не наложила. Я торопливо стукнул в обшарпанную дверь, опасаясь услышать в ответ тишину, но тут девочка вышла сама. Из немногочисленных вещей она выбрала самую мешковатую футболку и свободные джинсы.

— Идём. — Я хотел протянуть Лите руку, но вовремя вспомнил, что сейчас прикосновения ей противопоказаны. Мы спустились на первый этаж. Стэн уже унёс тело хозяина гостиницы на задний двор, чтобы похоронить. Оказывать подобные почести бандитам никто не собирался — некогда.

— Где дедушка? — тихо спросила Лита, пустым взглядом скользя по стойке.

— Лита, он... — начал я, но девочка меня перебила:

— Знаю. Его надо...

— Стэн этим займётся.

— Я хочу видеть. — Лита упрямо вскинула голову, меж её бровей залегла взрослая морщинка. И я сдался.

— Идём.

В конце концов, каждый заслуживает возможности попрощаться.

Стэн раздобыл где-то лопату и теперь сосредоточенно вгрызался в комковатую плотную землю. Тело лежало рядом, завёрнутое в найденную в доме простыню.

— Помогай, — хмуро бросил он, — там вторая лопата у гаража.

— Как звали твоего дедушку? — спросил я Литу, спрыгивая в порядком углубившуюся яму.

— Дедушка Сарек, — тихо всхлипнула та.

С могилой мы управились довольно быстро. Только раз я оторвал взгляд от коричневых комьев земли, вытер вспотевший лоб. Задний двор. Гараж. Окошки комнат. Остов машины у стены дома. По-осеннему голое дерево вдалеке. Небо хмурится, словно собираясь пролиться мелким противным дождём.