Полуночная ведьма

— Дай мне взглянуть на тебя, дитя, — мягко произнесла лесная ведьма.

Долго всматривалась в лицо Клио, но не шептала заклинаний, не рисовала знаков, не заглядывала в зеркала. Но, очевидно, видела ее как на ладони.

Морриган лишь слышала о подобной магии истины — не требующей атрибутов, обрядов и слов. Первородной магии, позволяющей ее обладателю видеть мир таким, какой он есть. Каким видела его богиня-мать. Ведать обо всем.

— Сквозь чернильное облако окружающей тебя тэны я вижу твою истинную суть. Твоя душа чиста.

— Но… что? Но как? Я же…

— Клио?

Растерянно улыбаясь, Морриган смотрела на сестру. Клио зажала ладонями лицо.

— Я думала… Я все это время думала, что проклята Дану. То есть… нет, конечно, Дану не проклинает, я знаю. Я имела в виду, что… Я думала, что недостойна ее. Что она сочла меня недостойной.

— Почему, дитя?

— Когда я попала в мир теней, — сдавленно проговорила Клио, — она… она меня не забрала.

— Может, богам известно немного больше, чем нам, людям? Может, она просто решила, что твое время еще не пришло?

— Хотите сказать, Дану знала, что Морриган спасет меня? Что выдернет меня из мира теней?

Ведающая Мать улыбнулась как-то по-особенному, почти умиротворенно, но ничего не ответила.

— В тебе сидит гнев, который ты выплескиваешь, применяя силу. Это — слабость.

Она вскинула подбородок, неотрывно глядя в глаза ведьмы.

— Но я вижу и иное… Ты знаешь, что тебе предстоит?

От волнения в груди сдавило.

— Ты готова познать предсмертную боль всех, чьей кровью обагрила свои руки, чьей смертью запятнала душу?

— Морриган? — В голосе Клио звучала тревога.

— Все в порядке, родная.

— Ты знала? Почему ты не сказала мне? Я не хочу, чтобы… чтобы тебя мучили!

Она нежно провела тыльной стороной ладони по щеке сестры.

— Поэтому и не сказала. Ты бы никогда не согласилась принять помощь ведьм, зная, что для этого потребуется.

— И сейчас не хочу! — Клио едва не топнула ножкой.

Морриган умилил такой несвойственный ей жест — что-то среднее между бунтом дерзкой барышни, сбегающей из дома по ночам, и повелением принцессы, привыкшей, чтобы ей подчинялись.

— Ты же знаешь, я никогда не считаюсь с чужим мнением, — улыбнулась она и шутливо нажала на кончик курносого носа. Повернувшись к Ведающей Матери, уже без улыбки сказала: — Я знаю, что меня ждет. Начинайте обряд.