Закон треснувшего корешка

Теодора спешно застегивала юбку, и волна обреченности окатила с ног до головы.

Наверняка Рада уже придумала себе всякой ерунды. Хотя какая ему, к пегасам, разница? Не ей с ее странными интрижками с Матвеем осуждать.

Разница все-таки была – мириться с неоправданными фантазиями Берт отказался наотрез и пообещал себе, что все объяснит Раде позже.

– Я принесла тебе кое-что из своих вещей, Тея, – Рада моментально сменила суровый взгляд на мягкую улыбку и протянула Теодоре сумку. – Посмотри, что тебе подойдет.

Мы можем вместе пойти на завтрак. Если хочешь, посмотрим расписание и решим, куда тебе стоит сходить в первую очередь. На общеобразовательные школьные уроки точно можно не ходить, но...

Ненавязчивое щебетание Рады стряхивало остатки сна. Теодора благодарно улыбнулась, потирая глаза, но, услышав предложение, медленно повела подбородком:

– Спасибо, – она неловко прикусила губу, потупив взгляд, но уже через мгновение натянула на лицо непроницаемую маску вежливости. – Но я пока не пойду на занятия.

Мне нужно в школу брата. Может, он там или кто-нибудь из его друзей что-то знает.

Рада проглотила несогласие, понимающе поджав губы. Пока она подбирала слова, Берт внимательно всматривался в лицо Теодоры. Ее не переубедить – пусть она и улыбалась, но в глазах стояла непоколебимая уверенность. Может, она бы и прислушалась к ним, но неизвестность и опасность, нависшие над братом, лишали ее всякой сговорчивости. Значит, решение оставалось одно.

– Я пойду с тобой, – ни мгновения не колеблясь, заявил Берт.

– Дай мне минут десять, чтобы собраться.

Благодарная улыбка тронула губы Теодоры, и Берт решил, что нужно торопиться. Он шагнул к двери, собираясь вернуться в свою комнату и привести себя в порядок, но длинные тонкие пальчики вцепились в его локоть, останавливая.

– У тебя урок с младшими через пятнадцать минут, – строго отчеканила Рада.

Пресвятые музы, у него совершенно из головы вылетело.

Берт мученически выдохнул и умоляюще свел брови, перехватывая руку Рады:

– Подмени меня, пожалуйста.

Я могу потом неделю вести уроки вместо тебя.

От такого заманчивого предложения не отказываются. Сколько бы Рада ни говорила, что ей нравится заниматься с младшими, пренебрегать отдыхом никто не станет. Разговоры о бесценной передаче опыта и миссии Академии – это одно, а ежедневная рутина – совсем другое.

Взгляд Рады задержался на пальцах Берта, ухвативших ее узенькую ладонь, и он неловко разжал их, виновато отступая.