Закон треснувшего корешка

Теперь я вижу, что у тебя все хорошо, – женщина подняла руку и быстро огладила щеку Теодоры, добавляя напоследок. – До свидания, Тея.

Стремительные шаги уносили ее все дальше. Меньше, чем через минуту, она скрылась за живой изгородью. Теодора слепо смотрела ей вслед, тяжело дыша. Берт не решался позвать ее и вырвать из мелькавшего в глазах потока мыслей, а вот подошедший отец кашлянул и спросил:

– Кто это?

Оцепенение уже спало с него, и непроницаемая маска снова сковала лицо. Словно и не было никакой странной сцены.

Теодора мотнула головой и перевела растерянный взгляд на Главу, словно напрочь забыла о его существовании.

– Диана, – бросила она. – Моя тетка.

Берт недоверчиво наклонил подбородок. Та самая Диана? Тетка, которую Теодора так хотела оставить в секрете?

Отец нахмурился и строго проговорил:

– Так у тебя все-таки кто-то остался? Почему ты о ней не говорила?

Черты лица Теодоры заострились. Она сузила глаза и дернула края пальто, отзываясь:

– Можно считать, что ее нет. Она то появляется, то исчезает.

Что между ними произошло? Теодора явно злилась, но Берт никак не мог уловить, в чем же дело. Родственники остаются родственниками, какими бы они ни были. Тея должна была оживиться, встретив хоть кого-то из близких, но стиснутые челюсти и сжатые кулаки мало походили на проявление радости.

– Понятно, – кивнул отец, тут же напуская на себя серьезный вид. – Посторонним не место на территории Академии, Теодора.

– Я ее сюда не звала, – резко оборвала она и тут же осеклась, вскидывая брови.

Музы милостивые, что на нее нашло?

Берт сконфуженно поморщился. Едва ли отец спокойно спустит такое обращение, но тот снова его удивил, отзываясь:

– Да, я хотел рассказать о поисках твоего брата.

Вопреки ожиданиям, Теодора даже в лице не изменилась. Только наклонила подбородок, показывая, что слушает, и отец продолжил:

– Мы проверили несколько вариантов, но безрезультатно. Пришлось даже подключить связи среди непросвещенных, но и там пока глухо.

Сомнения кольнули под ребрами, и Берт недоверчиво нахмурился. Что еще за человек? Почему отец ничего не говорил об этом прежде?

Тишина прервалась тяжелым вздохом, и Теодора кивнула:

– Ясно, – вымученная улыбка тронула ее губы, и она добавила. – Спасибо, что сообщили.