Закон треснувшего корешка

Это занятие действительно оказывается куда интереснее предыдущих. Я могу понять, чем Раду так сильно все это привлекает.

***

День выдался насыщенным и эмоциональным, но наконец-то я могу выйти на улицу. Легкий ветерок аккуратно раздувает края бежевого плаща, а я прикрываю глаза и втягиваю в легкие сладкий запах цветущих яблонь и сирени.

Мягкий розоватый закат только начинает опускаться на окрестности Академии, но во внутреннем саду почти никого нет. Наверное, когда много лет живешь в окружении такой красоты, перестаешь обращать на нее внимание.

С приходом тепла внутренний сад преображается. Зеленые живые изгороди расправляются, превратившись в настоящий лабиринт. Изящные фонтаны, стоящие по центру каждого отсека, начинают работать, наполнившись водой. Прежде пустые клумбы пестреют разноцветными тюльпанами и розами.

Раньше я думала, что такую красоту можно найти только в книгах, а она оказалась рядом. Стоило всего лишь раскрыть глаза.

Берт обещал присоединиться ко мне и погулять, и я неспешно шагаю вдоль живой изгороди к выбранному участку. Там оказывается пусто. Посреди шумно журчит высокий каменный фонтан, и я аккуратно опускаюсь на округлый бортик с лепниной, игнорируя кованую скамеечку возле кустов цветущей сливы.

Мне нравится слушать шум воды. Спокойный, умиротворяющий. Нравится смотреть, как закатное солнце блестит и переливается в водной поверхности. Здесь можно не думать ни о чем.

– Теодора! – бархатный женский голос врезается в сознание острыми осколками, останавливая сердце.

Я не успеваю оглянуться на звук, но точно знаю, кому он принадлежит, и в груди все вздрагивает. В горле пересыхает моментально.

Тонкие руки обхватывают меня, прижимая к телу, и в легкие втягивается терпкий запах роз. Длинные пальцы гладят по волосам, и мягкий голос обволакивает:

– Девочка, как хорошо, что ты здесь.

Какого черта? Что вообще происходит?

Высвободиться из объятий тетки удается с трудом, но я отстраняюсь, потерянно вглядываясь в бледное худое лицо. У Дианы пара складочек на лбу, короткие, но пухлые губы и ореховые безразличные глаза, но сейчас в них дрожат слезы. Единственное, что выдает ее раскаяние.