0,01%

– подтвердил Михаил.

- Отлично. Вот вы, как раз, и покажете, где примерно они лежали. Просто мне тут в мессенджер скинули, что до того, как наши прибыли, их начали поднимать из топей, убиенных-то. А так делать не надо, ну да поздно уже пить боржоми.

- Ваши ехали час с лишним. Правда, дело не столько в разгильдяйстве, сколько в неблагоприятных обстоятельствах техногенного происхождения. – объяснил Михаил.

- Простите, что? – не поняла сперва Анастасия – Кажется, что-то на умном… А! Служебный фургон снова сломался?

- Ага.

И так, как время позднее, было принято решение не дожидаясь вас… Всё равно всё задокументировано, сфотографированно и записано на видео.

- Да что вы говорите, Ада? Ну, теперь можно спать спокойно! После того, как вы мне покажете место происшествия и где именно вы нашли тела.

- Дотошность? Хмм, возможно, мы с вами даже сработаемся. – Ада поправила свой однолямочник – Ну, сейчас болотники найдём, а то их кто-то куда-то унёс, и пойдём. Фонарик-то у вас есть, Анастасия? Уже темень, хоть глаз выколи.

- Вот с этим проблема. В бардачке возила один, но его… - Анастасия вздохнула - … собака сгрызла. А новый я всё забывала купить.

- Собака сгрызла? Хоть не отравилась? – спросила Ада, доставая из кармашка своего рюкзака миниатюрный налобный фонарик – Нате вам тогда. Не смотрите, что маленький, светит, как надо.

- Да нет, с собакой всё нормально… А вы как же без фонарика-то? Темень же.

- Мы уже наизусть всё знаем на этом вашем болоте. Причём настолько, что и карту глубин, при желании, сможем составить, я там наплавался, знаете ли.

– Михаил выдал, как ему казалось, правдоподобное объяснение, ведь не говорить же этой странной барышне, что они с Адой – вампиры и видят в темноте почти также ясно, как днём?

Анастасия скептически хмыкнула, но ничего не сказала. В конце концов, причуды заезжих агентов – не её головная боль. До болота, точнее, до места, где мостки подходили к берегу, шли в гробовом молчании. Поэтому даже Анастасия смогла уловить кое-что из раздраженного ворчания полицейских, собравшихся у костра; в основном речь шла о том, кого и как будет карать высокое начальство.

Кары описывались, может быть, не совсем эстетично с художественной точки зрения и совершенно нецензурно, но – весьма живописно.

Начальство же пониже, в лице Котовского, мрачно отмалчивалась, глядя куда-то в темноту. На его лысине играли красно – оранжевы отсветы пламени, а в руке тлела сигарета, судя по кучке окурков под ногами – далеко не первая.