А судьи кто?

– С меня хватит, – медбрат решительно направился к двери.

– Это приятно – убить человека? – задумчиво спросил Ходжес в спину. – Ответьте, и я не вызову охрану.

Паркер обернулся, прислонился спиной к двери и нахально задрал подбородок:

– У вас на меня ничего нет.

– Я поговорил с персоналом в каждой больнице, где вы работали. Подозрения есть у всех, можно инициировать масштабную проверку, моего заявления хватит. Так что, поговорим или вызываем охрану?

Паркер посмотрел на дверь, на пациента и выпалил:

– Я избавляю их и семьи от страданий.

– Он достал из кармана шприц и покрутил между пальцами. – Мистер Генри уже две недели в коме, у его семьи закончилась страховка, они влезли в долги, чтобы поддерживать его на аппарате. Он не очнётся, они останутся жить и платить… А вы тут ужины устраиваете и треплетесь.

Ходжес надеялся, что он не кинется на пациента в порыве отчаянья.

– Потрясающее самодовольство, продолжайте, пожалуйста, Паркер. Откуда вы знаете, что он не очнётся? В Бога играете?

– А вы, врачи, не играете? – огрызнулся медбрат.

– Вы тоже не знаете, очнётся ли он.

– О нет, я-то знаю. Джо готов, ему нужно немного энергии для рывка. Вот его поле, отличная динамика. – Ходжес провёл рукой над головой пациента нежным поглаживающим движением. – Я почти закончил коктейль, мне недостаёт самой малости – слезы грешника. Обычно я рыдаю сам, но сегодня придётся вам.

Доктор достал из кармана пузырёк с голубоватой жидкостью.

– Бред какой-то, – Паркер снова дёрнулся на выход.

Но сцена ещё не была закончена, и Ходжес знал, чем можно удержать.

– Посмотрите на его жизнь.

Доктор наконец сменил позу, подтянул к себе ноутбук, выключил регби и включил совсем другое.

Паркер посмотрел на экран и уже не смог отвести взгляд – перед ним была вся жизнь мистера Генри. Его семья, его надежды, любовь и смех его детей. Фотографии сменялись нарезкой из семейного видео: свадьба, дни рождения, праздники. Мистер Генри был хорошим человеком, жизнерадостным и сорвался с лестницы, когда строил домик на дереве.

Черепно-мозговая травма, операция, кома.

– Обуза, значит? Жена Джо принесла это видео и просила включать.

С экрана говорила семья, они рассказывали своему мужу и отцу, как любят, ждут и всё-всё преодолеют. Лицо Паркера менялось, зубы скрежетали, он не ожидал подобного, когда крался в палату. Вряд ли хоть одна из его жертв могла рассказать свою историю, у них не было права голоса.