Русалки. Невеста Третьего Лорда

– Почему нет? – пожал плечами парень. – Мистер Лит, конечно, расстроится, но уж Альберт-то точно будет в восторге.

– Я сейчас не про твоих преподавателей, а про тебя.

– Определюсь ближе к отборочным, – пообещал тритон.

– А ты, Света? Не думала ещё? – сменил фокус любопытства прекрасно понимающий, похоже, когда лучше остановиться, разведчик.

Покачала головой и вздохнула:

– Не думала, но как будто у меня есть выбор? Я – единственный хамелеон школы, мне не простят отказа. Так что если выбор и есть, то между бросить школу и Соревнованиями, а не между участием и неучастием.

– Таково уж наше бремя как хамелеонов. Но это полезный опыт, поверь мне. – Спорить не стала. – Но вообще с нашим состязанием я в тебе и не сомневался. Я спрашивал про боевую магию.

Тут все было куда как проще и однозначнее:

– Нет. Предпочитаю, когда от меня не знают, чего ожидать. Не собираюсь ни демонстрировать свои умения, ни рисковать чужими жизнями, ни отнимать мечту у подруги.

– Им ведь была нужна ты, верно? – поднял взгляд от тарелки Андре.

– А прадед тебе этого не говорил? – вопросом на вопрос ответила я.

Тритон поморщился и нехотя признал:

– Скажем так. Я не дал ему такого шанса.

Переводящий взгляд с меня на внука и обратно Владислав Владимирович нахмурился. Кажется, ответ ему не слишком понравился.

После обеда, закончившегося озвучиванием моего выбора относительно желаемого заклинания, который, к слову, вызвал у Владислава Владимировича недоумение, а у Андре прилив энтузиазма, после просьбы об отсрочке подувядшего, в меня клещом впилась подруга, не задававшая вопросов при мужчинах, но буквально засыпавшая меня ими наедине.

Пришлось все же рассказать и про мерфитскую магию, и про помолвку. О том, кто такой Владислав Владимирович, каким боком мы родня, чем занимаются наши разведчики и тому подобном, мы успели поговорить, пока я приводила слегка запыленную и вспотевшую себя в порядок к обеду.

– Это безумие, Свет! Как ты можешь быть помолвлена? С тем кто, тебе в дедушки годится?

– Будь я и дед людьми, годился б в прапрапрадедушки, – невесело усмехнулась я.

– Так получилось. – Говорить о принуждении или вселившемся в мое тело нереиде, я, ничего не нарушив, не могла. Уж ей так точно.

– Как «так»? Что ещё ты недоговариваешь, наглая умолчанка?! – меня ткнули в бок. Ойкнув, перекатилась подальше. – А ну колись!

– Вер, ну не могу я! – между приступами хохота – эта зараза пустила в ход щекотку – взвыла я.