Станция Озерки

— Сука! — выплюнул Марк и повернулся к Кириллу, возвращая глазам человеческий вид. — И как я, по-твоему, должен был не дать ему прыгнуть?

— Как обычно! — огрызнулся Кирилл.

— Это как, твою мать?!

— Вырубить! Для нас иного способа еще не изобрели!

— Вы чего? — на поляне появилась Лена.

Девушка испуганно смотрела то на одного, то на другого акудзина, то на мужчину, который скорчился на траве в позе зародыша.

— Я сказал: оставаться на месте! — зло посмотрел на нее Кирилл.

Лена, поджав губы, уставилась на свои кеды.

— Извините, — проговорил он.

— Я бы его убил, — Марк сел на поваленный ствол дерева и повесил голову. — Он не слабак, но я бы его убил.

— Не думаю. Ты же не собирался сворачивать ему шею? — подбодрил коллегу Кирилл.

Марк поднял глаза к небу и неопределенно повел плечами.

— Ну ты даешь, — прошептал Калинин и подошёл к Лене, которая так и стояла, склонив голову.

Кирилл неловко потрепал ее по плечу и слабо улыбнулся, словно извиняясь за свою вспышку.

— Я могу помочь? — спросила Лена, отвечая ему такой же робкой улыбкой.

— Да, надо бы привести его в чувство, — Кирилл кивнул на мужчину. — Думаю, что женщины он меньше испугается.

Лена бодро кивнула и подошла к человеку. Тот глянул на нее с опаской, но все они заметили, что страх начал понемногу развеиваться.

— Как вас зовут? — ласково спросила Лена.

— Михаил.

— А вы кто, и что от вас хотел Ершов?

Мужчина сел, потирая ушибленную спину, и с опаской глянул на мужчин, которые смотрели на него в упор.

— Местный я, орнитолог. Гришин моя фамилия. А чего он хотел, не понял я, — мужик опустил глаза.

— Врать не умеешь, — угрожающе проговорил Марк.

Он потянулся к сущности и встал за спиной Лены, которая сидела рядом с Гришиным. Человек открыл рот от удивления и испуганно отстранился.

— Марк, — предостерегающе позвал коллегу Кирилл, но тот не шевельнулся.

— Я ведь тоже могу подвесить тебя вниз башкой и допрашивать сколько мне вздумается, — прорычал Голицын.

— П-п-по хорошему, — активно закивал головой мужчина.

— Дерзай, — приказал Марк и вернул глазам человеческий вид.

— Он спрашивал, что я делал вчера вечером и ночью. И что я делал одиннадцатого мая.

— Одиннадцатого мая пропала Кичкина. Та, которая из Берегово, — напомнил Кирилл будто сам себе.

— Дальше что? — обратился Марк к замолчавшему Гришину.

— Спрашивал, видел ли я таких, как он... как вы... Не понимаю, о чем он.