Станция Озерки

На самом деле думать тут было нечего. Надо было как-то обезвредить Миядзаки и сдать его с потрохами Джан Фаю. Китайцы и так относились к японцам не очень по всем понятным причинам. И уж всем было известно, что китайские акудзины за своих человеческих братьев любого уничтожат на месте особо изощренным способом.

— Хорошо, — кивнул Марк. — Давайте договариваться.

Тонкие губы Миядзаки растянулись в улыбке, сделавшей его похожим на жабу.

— Вот и славно. Отойдите, Марк. Незачем вам марать руки.

— Вам тоже, — в тон ему ответил Голицын.

— Мы просто сотрем им всем память. Хроники спрячем и сделаем вид, что кроме вещей, которые были в главном зале, ничего не обнаружили. А этот проход завалим — избавимся от следов.

Лицо Миядзаки тут же искривила злобная усмешка.

— Вы считаете меня идиотом, Голицын?

— Нет. Просто мразью.

Марка тут же ударило в грудь. Он перелетел через скорчившихся на полу людей и, врезавшись в сталагмит, упал на четвереньки.

— Я думал, вы все-таки умный, — прошипел Миядзаки.

— А я думал, ты не такой тупой, — прохрипел Марк, поднимаясь.

— Убьешь меня, и моя семья объявит на тебя охоту. И поверь, быстро умереть тебе не дадут.

— Скажу, что вы погибли в результате несчастного случая, — оскалился Миядзаки, но Марк уловил в его голосе нотки сомнения.

— Отцу моему ты будешь это долго доказывать. Сдохнешь, так и не доказав. Так что сделай себе харакири сейчас, чтобы потом не мучиться.

Миядзаки засмеялся. Марк решил, что самое время атаковать и бросил в его сторону щупальца сущности, но цели они не достигли.

Японец был прав — он старше и опытнее, он прошел войны и развил свои инстинкты до предела.

Миядзаки отпрыгнул в сторону и спрятался за толстый каменный конус. Марк тоже шмыгнул в лес сталагмитов, мельком заметив, что рабочие отползли к глыбе, на котором лежали Хроники.

Голицын пытался сообразить, как выкрутиться из этой ситуации, где он был явно не в лучшей позиции. Драться ему, конечно, приходилось, но то мальчишечьи игры по сравнению с нынешней ситуацией.

Раздался хруст, и на голову ему посыпалась каменная крошка. Громко вскрикнул кто-то из рабочих. Марк едва взглянул наверх и тут же прыгнул в сторону. На то место, где он только что стоял, упал сталактит.

Миядзаки не дал ему опомниться. Поднял вверх и фактически воткнул спиной в тонкую пику на своде. Хрустнул позвоночник, резкая боль пронзила все тело. Марк свалился с высоты четырех метров на пол пещеры и замер, понимая, что не в силах пошевелиться.