Мир Веройт: неслучайности и невероятности

За разбитую чашку мне крупно влетит, снова голодать, а зимой ходить в обёрнутых тряпками старых ботинках, потому что денег на новые я должен заработать сам.

Неведомый волшебник учёл мои невысказанные пожелания. Цворхи побери! Так можно было? Чистая скатерть на столе, полная тарелка пирожных из лавки старика Ольгера. Какие же они вкусные! Я смог поесть только раз, когда украл из корзинки одной покупательницы. Тёплые тапочки с милыми ушами? Да зачем они такие пушистые? Детство может быть и таким? Кто-то большой встал рядом и накрыл меня, кроху, тёплым пледом.

Даже с зажмуренными глазами я понимаю, что он точно как у малыша Килита, синее, с жёлтым лучистым солнышком по центру. Так вот он какой…

Внезапно меня отвлекла плачущая девочка. Я не видел её лица, только подёргивающиеся руки, закрывающие раскрасневшееся лицо. Ситуация словно ушат холодной воды.

– Это не настоящее! – смог крикнуть ей, и меня повело, всё вокруг словно потеряло жёсткость и стало оседать. Мир грёз и детства, самая сильная микстура.

Кто-то использовал свой дар, чтобы вернуть меня в детство, и, кажется, затея удалась. Как в том рассказе, в «Опале»! Побег от реальности? Чтобы устранить меня? Морок окончательно распался.

— Мир идеального детства и я открываю тебе доступ к нему. Своего лишь одна услуга в обмен! — заманчиво обещал кто-то трескучим голосом. Я боролся с мороком как с трясиной, вынырнул оттуда и снова оказался в нормальном мире. Всё как прежде, разве что к руке приклеился какой-то клочок бумаги.

Глава 4. Коллекция тайн

После обеда и основных занятий, к Ленату подошла одна из воспитательниц и передала о назначенной встречи с Эле. Парню впервые предстояло оказаться в кабинете распорядительницы. Он присел на один из стульев в коридоре. От нечего делать стал представлять, что там за дверью. Вначале в голове возник массивный стол и стены, увешанные рядами экзотических трофеев, как на официальных портретах короля. Затем картинка отступила и сменилась на журнальную, попавшуюся буквально вчера, кажется, называлось всё имперским стилем.

Кресла на низеньких звериных ножках, куча разноцветной ткани на полу и стенах.

– Входи, – наконец позвали из-за приоткрытых дверей.

Кабинет оказался совсем не таким. Сложилось впечатление, будто его пригласили в гости. Камин, на полке часы, обычный письменный стол с коричневой поверхностью, как в любой лавке, два стула для посетителей. Взгляду зацепиться не за что.