Дорогое надгробие, здравствуй!

– И какое же твое желание?

– Пусть Педро Лопес забудет о том, что дал в долг моему брату Карлосу!

– Нет ничего проще для сеньора Гранеро! – торжественно провозгласил призрак. – Но какое воспоминание ты можешь предложить мне взамен?

Сантьяго задумался. Воспоминаний у него было пруд пруди, но какое выбрать? Что-то ненужное, но ведь ненужное и так не запоминаешь. И он решил, что подойдет просто последнее.

– Так-так, – обрадовался призрак. – Дай-ка мне руку, малыш. О, это совершенно волшебно! Твое желание будет исполнено, не успеешь ты добраться до дома!

Призрак неспешно зашагал вверх по холму, осторожно обходя могилы и насвистывая что-то под нос.

– А как я найду вас, если вы снова мне понадобитесь? – окликнул его Сантьяго.

– Просто скажи вслух «сеньор Гранеро», и я тут же появлюсь рядом! – докатился до него голос призрака.

Сантьяго проводил его взглядом. Свечи все так же горели у надгробий, ветер покачивал их пламя, луна хмурилась из-за тучи, подглядывая за кладбищем одним глазом. А собственно, как он здесь очутился?

Сантьяго пожал плечами, выбрался через прореху в ограде и зашагал по кишащей людьми улице.

Сунул руки в карманы и с удивлением обнаружил в них хрустящие банкноты – целое состояние! Откуда они взялись? Кажется, именно это воспоминание он продал сеньору Гранеро. Впрочем, что теперь поделаешь? Главное, чтобы его желание исполнилось.

***

Он добрался до дома посреди ночи, украдкой вставил ключ в хлипкую, не раз выломанную и поставленную обратно дверь. За ней была всего одна комната.

В углу примостился стол с двумя стульями, на которых сидели хорошо знакомые Сантьяго мужчины.

Один из них был Карлос – крепыш с оливковым лицом и буйными черными кудрями, которые надежно скрывали пустоту на месте правого уха. Второй же выглядел куда внушительнее, хотя бы за счет пистолета у него за поясом. Обезьяньи руки с густой шерстью на фалангах пальцев лежали на столе, а под правой из них – стопка купюр.

Педро Лопес обнажил крепкие желтые зубы в оскале, считавшийся в его случае улыбкой:

– Надеюсь, ты не врешь, и вы с братишкой вернете мне все до последнего сентаво не позже четверга.

Он встал, протопал к двери и так хлопнул ей, что послышался звон бутылок в навесном шкафчике. Карлос тем временем слюнявил оставленные на столе купюры и перекладывал их из одной стопки в другую.

– Что это значит? – Сантьяго занял место Педро Лопеса. – Разве он не поклялся больше ни песо нам не давать?

– Я сам ничего не понимаю, братишка! – отозвался растерянный Карлос.