Абендорм. Пустые лица

— Нам нужно заключить договор о неразглашении.

Вот сирх…

Глава 17

Я отшагнула и вжалась в стол. Дверь прямо за ее спиной. Если побегу, то вызову подозрения. Почему я вообще не подумала о том, что придется заключать договор? И Джейден, конечно, не предупредил об этом, я же учусь в академии, значит у меня есть магия, значит для меня не проблема заключить договор.

— Мисс Беркли, — выдавила я, усиленно придумывая повод сбежать.

Она открыла папку и протянула ее мне. Я непроизвольно перевела туда взгляд.

Договор о неразглашении… на бумаге?!

— Не мисс, — поправила она. — Адрия.

Сердце стучало где-то в висках, в ушах гудело. Почему она дает мне договор на бумаге? Она знает, что я ниим? Здесь так принято? Трясущимися руками я взяла протянутые папку и ручку. Прочитала текст.

Ничего необычного, стандартные фразы, но, когда подписываешь бумагу, ты всегда можешь обмануть. Если бы я была магом, и мы заключили с Адрией ритуальный договор, она бы всегда знала, соблюдаю ли я условия. И если бы я нарушила договор, на моей коже остался бы потемневший знак.

Чем больше нарушенных договоров, тем больше знаков, так что другие лишний раз подумают, прежде чем связываться с тобой. Я видела людей, у которых темные знаки нарушенных договоров заполонили все руки, напоминая узорчатый длинный рукав. Еще и поэтому никто не носит татуировки, — чтобы на него не подумали лишнего.

Я подписала бумаги и протянул обратно Адрии, стараясь не смотреть на нее и ни о чем не спрашивать. Адрия вытащила с конца папки белые листы, уложила их сверху и протянула мне.

— Рисовать есть чем? — спросила она. Я быстро кивнула и достала карандаш.

Адрия тем временем открыла одну из камер и выдвинула ящик с телом — все та же женщина, что я видела в лесу уже дважды. Обычная, непримечательная, не имеющая никаких отличительных особенностей. Вот чье лицо нужно называть пустым.

Яркая вспышка от «аллирохреновины», — как назвал ее Джейден, — осветила тело. И из груди женщины медленно потекла прозрачная субстанция, стала расползаться во все стороны, окутывая ее, проявляя очередное искаженное лицо.

— Можешь приступать, — сказала Адрия, не глядя на изуродованное тело, а точнее на сгусток магии, в котором она могла бы увидеть свой собственный страх. От ее тона в помещении стало еще на несколько градусов холоднее.

Я собралась с духом и принялась за рисунок. Чувствовала, как все это время Адрия наблюдала за мной, и от ее взгляда мне становилось только хуже.