Краткое руководство по танцам между мирами

Напротив клетки, в невесть откуда взявшемся здесь офисном кресле, сидел человек в чёрном костюме — чёрной была даже рубашка, галстук, пуговицы и запонки. Человек этот был спокоен и расслаблен — даже слишком. Он сидел нога на ногу и лениво опирался на подлокотник, будто его уже достало ожидание. Но Ли мог поспорить на что угодно, что он не просидел здесь и пары минут.

Это был Бела Шольтез. Он выглядел точно так же, как на фотографиях, приложенных к заданию: скуластое лицо, большие волоокие глаза, идеально уложенные волосы (не без помощи чудовищного количества геля).

Лёгкая щетина добавляла его облику продуманной небрежности, а ядовитая усмешка лишь служила напоминанием о природе этого человека:

“Владелец крупного сайта по торговле оружием и наркотиками. Не идет на сделки, не слушает доводы. Нужно убрать.”

Ли выпрямился и сел, уперевшись спиной в металлическую решетку. Он смотрел на Белу и спокойно выжидал, копируя его расслабленный вид. Тот, в свою очередь, только улыбался и нарочито медленно моргал.

Их молчаливая дуэль длилась какое-то время, пока Бела, наконец, не заговорил:

— Надеюсь, вы сможете меня простить за все меры предосторожности, которые я принял в отношении вас.

— Я понимаю. Вы совсем не горите желанием, чтобы я снова попробовал вас убить.

— Именно! Вы очень сообразительный. Этим вы мне и приглянулись.

— Настолько, что вы решили понаблюдать за тем, как я сплю?

— У каждого есть свои маленькие слабости. Я вот люблю эффектные появления.

А какие слабости есть у вас?

— Не люблю сидеть в клетке в железном ошейнике. Спать холодно и шею натирает.

— Если мне не изменяет память, это не первый ваш опыт попадания в столь деликатную ситуацию. Посещают кошмары? Появилось настроение отомстить врагам?

Ли выдержал длинную паузу. Достаточную, чтобы продемонстрировать своё мнение относительно подобных вопросов, раз уж применить насилие у него всё равно не выйдет.

— Вы выбрали странное место для психотерапии.

На мгновение улыбка расцвела на лице Белы.

Будто всё шло по плану, который Ли было недозволено знать. Будто все его фразы были известны заранее.

— Ну, раз так, то перейдём к делу. Взяли заказик в Таинственном Саду, верно?

Ли понял, что это был риторический вопрос. И осознание, что каждый его шаг, каждое его действие были всё это время видны кому-то, как на ладони, висело над ним бетонной плитой, готовой в любую секунду обрушиться на него неминуемой карой.