Краткое руководство по танцам между мирами

Позади него раздавалась дробь капель, вступившая в борьбу с магическим огнём, и шипение, с которым таяли десятки часов напряжённой, утомительной работы.

“Я не спущусь. Я не дойду. Нужно найти другой способ”, — сознание Ли мутнело с каждым мгновением, словно он проваливался в глубокий сон, а лёгкие забивались чёрным дымом; его вела какая-то внутренняя сила, которую он последний раз ощущал в себе тогда. На войне. Лишь бы выжить, любой ценой.

Он сам не заметил, как оказался на балконе, как опустил Белу на пол, и рухнул рядом, глотая ртом свежий осенний воздух.

Словно бы в насмешку, в то же мгновение небо разразилось тяжелым ливнем. Ли с трудом повернул голову, взглянув на Белу; безжизненное слабое тельце восемнадцатилетней девочки, прислонённое к стене: глаза закрыты, лицо перепачкано пеплом, рот приоткрыт. Капли дождя барабанили по его лицу, волосам, затекали в рот и крупными слезинками скатывались с ресниц.

“Я опоздал. Везде, где я, там смерть.”

Секунды тянулись беспощадно, не давая Ли провалиться в забытье, заставляя его осознавать потерю, проживать невыносимый конец, хрипеть от пепла в легких.

Бела вздрогнул: раз, другой, и разразился чудовищным кашлем; а с сердца Ли в этот же миг упал огромный камень, и его место заполонило что-то вроде давно позабытой теплоты. Но мгновение это длилось недолго; дальше всё произошло так быстро, будто кто-то нажал на кнопку скоростной перемотки: Бела рвался обратно, требовал, чтобы его драгоценные образцы зелий спасли, вопил, что есть мочи, о тысячелетних книгах, которых уничтожил огонь, об артефактах и почти-свершившихся-экспериментах, изо всех сил колотил руками и ногами, кусался и царапался, покуда Ли держал его в своих железных объятиях, не давая Беле проявить слабину и добить себя в догорающем мареве.

А потом с пышностью всемогучего божества у балкона возник пожарный на высотной платформе, и Бела мгновенно подобрался и принялся делать вид, что у него всё было под контролем до самого момента непроизвольного возгорания, позабыв, что он в теле, совершенно несоответствующему его статусу.

— Что случилось? — спросил один из пожарных, пока остальные по-хозяйски сновали в квартире, таская за собой шланги; это действовало на нервы Белы куда сильнее, чем случившйся пожар, и он огрызнулся:

— Блинчики пригорели.

На что пожарный лишь пожал плечами и подарил Ли красноречивый взгляд: “Ну вы уж за своей присматривайте получше, а то сначала блинчики, а потом весь дом”.