Агитбригада

– Но я…

– Кроме того ты бессердечный и эгоистичный, – продолжил я, – девушка вон попала в беду, а ты помочь ей не захотел…

– Эта женщина сама во всем виновата и вполне заслужила свою участь! – сердито воскликнул Енох, – если в обычаях предков не положено девице к парню в постель до замужества прыгать – значит и не надо прыгать! Традиции веками создавались и под каждой традицией есть основание и опыт поколений предков!

– Ага, а в Европе, например, была такая традиция красивых женщин на кострах сжигать, – мрачно усмехнулся я.

– В Писании так сказано, – огрызнулся Енох, – таков был наказ Моисея!*

– Ну ладно, пусть так, – примирительно сказал я, – в теологических диспутах я не силён, но Анфисе помочь надо было. Тем более здесь суть не в Анфисе, а в том, что это была моя просьба. А ты мне отказал. И я обиделся. А свою обиду я могу отпустить только так. У нас говорят – «огнём и мечом». Меча у меня нет, есть топор, но ты топором не хочешь. Значит остается огонь…

– Погоди… – начал опять призрак.

– Нет, надоело, – отмахнулся я и подул на лучину, так как мне показалось, что огонек стал меньше.

– Слушай, Генка, – льстиво прошелестел Енох, – не жги только, а я тебе помогу. Я много чего знаю…

– Я тоже много чего знаю, – отмахнулся я, – например, третий закон термодинамики. Вот ты его знаешь?

Судя по растерянному мерцанию, с энтропией у Еноха явно были нелады.

– Ну вот видишь, – удовлетворённо констатировал я, – и ты ещё чему-то собираешься меня учить.

– Я обучу тебя алхимии! – замерцал Енох, – ты сможешь покорить мир!

– Ой, да я химию почти всю вторую четверть в восьмом «А» заменял, – рассмеялся я, – когда Мензурка ногу сломала.

Енох, видимо, совсем расстроился, и даже мерцать перестал. И на вопрос не ответил.

Барсик, успокоенный, вылез из-под печи и вернулся к недоеденной рыбе.

У меня глаза уже начали слипаться.

Я зевнул и поднёс лучину к доске.

– Стой! – опять завизжал Енох.

И опять Барсик пулей метнулся под печь.

– Вот ты гад! – сказал ему я, – ты зачем мне кота всё время пугаешь?

– Не губи-и-и-и-и, – заныл Енох.

– Аргументируй, – опять зевнул я.

– Что? – не понял Енох.