Агитбригада

– А зачем? – нахмурился Сомов.

Я молчал, испытующе, исподлобья глядя на него. Сомов стоял, мучительно о чем-то размышляя.

– Кажется я понял, – вдруг посветлел лицом хозяин дома. – Клянусь жизнями и здоровьем своих детей и внуков. Достаточно?

– Вполне, – кивнул я и принялся объяснять, – Герасим Иванович, мне не сон про ваш клад приснился. Мне об этом попросил передать лично Серафим Кузьмич.

Сомов только вытаращился на меня.

– Дело в том, что после смерти он не ушел туда, – я показал пальцем на обрывки облаков в небе, – а остался здесь.

– Да ты что? – охнул Сомов, – как же это?!

– Вот так, – вздохнул я, – иногда так бывает. Серафим Кузьмич был настолько привязан к своей семье и хозяйству, что до сих пор не может бросить всё это.

– А он… – начал Сомов, но сбился и сконфуженно умолк.

– Нет, он абсолютно безвредный, – успокоил его я, – это бестелесный дух.

– И он…? – не смог озвучить главный вопрос Сомов. Но я его прекрасно понял.

– Да, он и сейчас стоит рядом.

Сомов побледнел и отшатнулся.

– Я заболел и после этого стал видеть некоторых духов, – тихо сказал я, – вот ваш прадед и попросил меня передать вам то послание.

– Так, пойдём! – оглянувшись по сторонам, быстро скомандовал мне Сомов, – не надо тут стоять, чтобы все видели. Ещё услышит кто. Ты можешь сказать это прадеду?

– Он вас прекрасно слышит, – усмехнулся я, – можете ему сами сказать.

– Д-дедуль… – сказал Сомов, но запнулся и мучительно покраснел, – если вы меня слышите, то пойдёмте в дом. Там всё обсудим без чужих глаз.

Стрелка на спиритической доске задвигалась туда-сюда. Призрак подвигал её и с довольным видом посмотрел на меня.

– Чудны дела твои господи! – хотел перекреститься Сомов, но в последний момент испуганно одёрнул руку.

Призрак захохотал.

– Серафим Кузьмич не боится креста, – тоже улыбнулся я и взял доску в руки. – Пойдемте.

Мы торопливо вошли во двор.

– Герасим, что случилось? – из сарая выглянула его жена.

– Да всё нормально, – махнул рукой Сомов, – надо с парнем поговорить. Мы быстро.

– Гена, а ты завтракал? – ласково спросила хозяйка.

– Нет ещё, – ответил я.

– Я сейчас молоко перецежу и принесу, – улыбнулась она.

– Поставь на столе, Мария. Мы сперва поговорим, а потом уже пусть пьёт, – скомандовал Сомов и быстро потянул меня в холодную часть дома, где мы вчера разговаривали.

Здесь за ночь не изменилось ничего.

– Говори! – потребовал Сомов.