Необычное и обыкновенное

А вот ты можешь раскрыть Печать Олифена и заточить Зло!

Я слушал его — и моя свежезалеченная голова раскалывалась от множества вопросов: папа и мама, другие Воины Света — все они пожертвовали собой ради того, чтобы прикрыть другой отряд? Они погибли в безнадёжной битве?

Они знали, что им не победить? Или нет?

Слова Рагена о том, что я могу заточить Зло, не сразу дошли до моего разума.

Я неверяще уставился на главу Дома Света. Он не похож на шутника, но в то, что он говорит всерьёз, верилось с трудом. Я знаю, что есть древние артефакты и заклинания, доступные только наследственным магам.

Способности таких, как мы, и обученных отличаются. Но что если бы мы с Итаном погибли по пути? Или ещё там, дома? Где другие наследственные? Почему Раген и его люди не позаботились о том, чтобы кто-то из них был в Доме, если от этой Печати Олифена зависит победа над Злом?

— Твои родители отошли от дел, когда решили завести семью, — наклонился ко мне Раген. — Но разве они не учили тебя быть верным Свету?

Его взор был требовательным и испытующим.

Мне почему-то стало не по себе. Он дождался, когда я кивнул, и продолжил:

— Значит, ты готов! Мы снабдим тебя амулетами и отрядим сопровождение, но много людей дать не сможем: ты видел, что творится вокруг. Наши маги патрулируют окрестности, заряжают амулеты и лечат страждущих.

Раген указал на стол:

— Вот карта. Там отмечен твой путь и Цепные пещеры. Это твой долг, Марк. Родители гордились бы тобой.

Я встал, шагнул к столу и уставился на карту.

Словно странный сон: вокруг происходят непонятные вещи, незнакомые люди говорят невозможное, а ты должен взять и спасти мир.

Так не бывает.

Но я не могу отказаться. Вряд ли мастер Раген сошёл с ума, а значит, есть шанс остановить то безумие, которое сейчас творится в мире (чтобы ты ни сделал, ты не воскресишь тех, кто погиб). Хоть что-то изменить (слишком поздно).

В голове жгучими осколками свербела боль. Я замер над картой, потеряв счёт времени.

— Мы позаботимся о твоём брате, — донеслось откуда-то со стороны.

— И девочках.

— И девочках, — кивнул Раген. — А тебе пора.

И я пошёл. Прощаться с братом не стал: он непременно захотел бы пойти со мной. Но если я справлюсь, мы скоро увидимся: Цепные горы часах в трёх отсюда. А если нет, то хоть кто-то из нашей семьи должен остаться (ты знаешь, на что обрекаешь брата?).

Мне вручили рунный меч, связку защитных амулетов, флягу с бодрящим зельем и ключ от Печати. Он оказался гораздо меньше, чем я думал: крошечный, будто от шкатулки.