Сатурналии

— Кость, ну ты даёшь конечно! Это совершенно немыслимо! Это противоестественно! Завалиться прямо ко мне домой! Ты что, снова подсел на эту дрянь?

Доктор Курпатов стоял посреди мраморного вестибюля своего особняка, повязывая поясом шелковый чёрный халат. Золотая оправа его очков грустно поблескивала при искусственном освещении. Правая нога доктора была в тапке, а вот левая слепо ощупывала пол в поисках второго. На голове Андрея Владимировича топорщились редкие волосы. В таком виде она напоминал гостю взъерошенного императорского пингвина.

— Повтори, че сказал?

Доктор не поверил своим ушам. От грубости он отвык давно. А фразы, наподобие сказанной, не долетали до его слуха с 90-х годов. Но ведь перед ним стоял не выходец из тех самых 90-х, а уважаемый всемирный известный спортсмен, чемпион мира Константин Цзю.

— Я сказал... Кость, что с тобой случилось? На тебе же лица нет… Пойдем!

Доктор махнул охране и, скинув тапок с правой ноги, засеменил босиком, звонко шлёпая по кафелю, будто маленький черный пингвин, в глубину коридора к дальним дверям.

Зайдя в гостиную, Андрей Владимирович сел на массивный, разрисованный узорами в виде зеленых и желтых лопухов, диван, подлокотники и каркас которого декорировали барочные завитушки. Доктор указал гостю на стоящий напротив точно такой же диван и взглянув на потолок, выстеленный тончайшим хрусталем, уставился в свое отражение.

Рядом с диваном стояла небольшая тумба из черного дерева. На ней тикали часы марки Howard Miller и маятник Ньютона, постукивающий шарами в такт стрелкам часов.

— Я слушаю, Кость.

Константин проигнорировал жест доктора и, подойдя к дивану, на котором сидел Андрей Владимирович, улегся подле него. Подложив под голову бицепс левой руки, правую поднёс ко рту. Курпатов услышал характерный звук: пациент грыз ногти.

— Адрюша, вот то, что ты сейчас сказал, — начал, наконец, Константин. — ну, что это немыслимо, и как его... противо... Андрюша, ты — Бог! Я же рта не успел открыть, а ты — хоп — и в яблочко! Не зря я к тебе сразу! Не зря приехал, короче!

Доктор деловито кашлянул.

— Ну, допустим, я не Бог, но... Ближе к делу. И не реви медведем. Спокойно, с чувством, с толком с расстановкой. Расскажи мне всё с самого начала.

Костя глубоко вздохнул, потом всхлипнул и начал.

— Сначала... Я, вроде, задремал в своём кинотеатре, когда это случилось. Ты ведь знаешь, никаких снов. Я их вообще никогда не вижу. А тут! Я только закрыл глаза... Вдруг слышу голоса, музыку такую примитивную, бубны типа.