Кодекс Оборотня - 1

Разве все не об этом мечтали?

— Подозрительно спокойно.

— Это только вы так думаете или еще кто-то?

— Пока только я. Остальные очень рады безделью. Особенно кураторы магов. Если бы я не знал, что семейки последних вовсе не ангелы, какими кажутся на первый взгляд, я тоже был бы спокоен и радовался.

— Но их кураторы ведь тоже знают. Но их это не волнует.

— У их кураторов мозгов не хватает.

— Угу, — протянул я. — А у вас паранойя. Маги же не идиоты. Им спокойствие в городе выгодно чуть ли не больше, чем вам.

— Хотелось бы верить, Руари. Так значит, новостей нет?

— Нет.

— Что ж, вернемся к тебе. Две недели без выпивки. Отмечаешься у меня два раза в день. Утром и вечером.

— Серьезно? Зачем? — я скривился. — За мое здоровье переживаете? Да ну?! А три с лишним года назад, когда мне было тринадцать, – не переживали?

— Отец тебя тогда все-таки как-то сдерживал. А теперь, похоже, нет.

Я поджал губы, обдумывая.

— Послушайте, очень не хочется вам об этом говорить, но… У меня вполне серьезная причина, почему мне лучше пить.

— Полнолуние только раз в месяц, Руари, — заметил Фалви.

— Да, но… Черт возьми! — я закрыл лицо рукой. — Трезвый я становлюсь… эээ… маловыносимым.

— Ты и так невыносим, Руари.

— Будет хуже и, возможно, с проявлением агрессии.

Фалви поглядел на меня с недоумением.

— И ты мне ничего не говорил?

— Я решил проблему.

— Решение не очень удачное.

— Искать новое – тоже не очень удачная мысль.

— Давай начнем, а там посмотрим.

— Вы просто напрашиваетесь на неприятности, сержант, — я поднялся.

Он задрал голову, на лице вырисовалось недоверие.

— Что это значит, Руари?

— Без понятия. Но эксперимент – ваша идея. И я вас предупредил.

— Выкинешь что-нибудь – тебе же будет хуже! Завтра у меня в восемь, Конмэл! С этого момента – ни капли!

И Фалви кивнул мне на дверь. Я вышел из Управления, проклиная сержанта последними словами. Ливень перешел в покрапывающий дождь. Сквозь тучи проглядывал убывающий месяц. Шлепая по лужам, я поплелся домой.

С одной стороны, хотелось плюнуть на Фалви, а с другой, я знал, что он не успокоится и действительно засадит меня за решетку, если я не сделаю того, что он хочет. Сержант иногда проявлял изумительное упорство, как мне порой казалось, граничащее с глупостью.

Дома я упал на постель и уткнулся лицом в подушку. Пискнул мобильный, забытый утром на кровати. Я дотянулся до телефона. От Джил было несколько непринятых вызовов и примерно десять смс.