У Мэйзи всё хорошо

В глазах плясали чёрные мушки, но зрение понемногу возвращалось. На грани сознания я видела хтонь то призрачным контуром, то в её истинном облике. У паршивца демонов было два: длиннющий безлапый оплётыш с голубоватой чешуей, как бусы в несколько колец свернувшийся на шее, и громила, который как паразит вырастал из спины Шихуна и возвышался над ним на целую голову. Тварь напоминала медведя, только вместо шерсти – смолянистый плотный смог, черный, как дно колодца в полночь. Хтонь горела сине-фиолетовым пламенем, которое, отрываясь от сущности, расходилось удушливым дымом.

Лапы существа повторяли жесты Шихуна и прижимали меня к стене. От его запаха – как тухлая кимчи – меня затрясло.

Такого задиру слабым точно не назовёшь. Что ещё было в той глупой брошюре?

– Из-за тебя я стал посмешищем!

Ах, вот оно что.

– Сам настолько ничтожен, что можешь самоутвердиться только за счёт других? – спасибо, глупая брошюра.

Я заметила на его лице растерянность. Кажется, смысл слов доходил до него с трудом.

Он даже хватку ослабил, и я, вывернув ему мизинец, смогла освободиться. Я кинулась к светлой и широкой улице.

Шихун снова крикнул «тупая щель». Выскочив из переулка, я обернулась. Хотела оскорбить его в ответ, но проглотила слова. Громила оторвался от хозяина, и на четырёх лапах мчался на меня.

Бежать, бежать!

Серый асфальт улиц лентой пролетал под ногами. Я почти не смотрела, куда несусь. Я отталкивала людей со своего пути. Зверь несся за мной: я слышала его топот, я чуяла перцовый запах.

На перекрёстке меня чуть не сбила машина. Я махнула в сторону набережной – там меньше народу.

Казалось, я вот-вот выплюну слои лёгкие. Громила всё ещё преследовал меня. Запах океана чуть заглушал вонь, но его рёв, совсем близкий, пугал по-животному.

Звуки гитары и… Впереди толпа! Слушают выступление уличного музыканта, я могу затесаться. Не хорошо использовать людей как щит, но я – трусливый кролик, а им громила ничего не сде…

На ровном месте запнулась. Больно.

Ногу от колена вверх и вниз будто током ударило. Разодранные ладони засаднили. Я распласталась на каменной дорожке.

Земля вибрировала от топота хтони. Громила меня раздерёт.

Музыкант сфальшивил и, будто извиняясь перед публикой, выдал бойкое гитарное соло переходящее в блюз.

Раздался мирный вздох, будто зевнул засыпающий великан. Приподнявшись, я увидела, как громила посветлел и миражом растворился в воздухе.

Я доковыляла до ближайшей скамейки.