Волослав

Как оказалось позже, а точней, исходя из признаний самого Платона, кладка печи оказалась для него самой сложной работой.

После того как Платон убедился, что женщина с ребёнком в тепле и накормлены, он собрался уходить, однако Палея начала убеждать его остаться:

– Это твой дом больше, чем наш.

Женщина привыкла к Платону и уже не представляла, как она справится без него. Платон задумался и грустно вздохнул:

– Я, Палея, уже не надеюсь на свой уголок, я стар, служу Даалу.

– Оставайся, что мы будем делать без тебя? – не найдя аргумента против служения Кощею, женщина добавила: – Он ведь прислал тебя не просто так… Ты должен оберегать нас, помнишь? Ты хочешь нарушить поручение твоего господина?

После недолгих споров Платон взглянул на младенца, лежащего в колыбели.

Колыбель была небывалой роскошью. Платон очень гордился тем, что самостоятельно её вырезал. При этом сам он спал на полу. Волослав смотрел на старика невинными ярко-голубыми глазками. Во рту у него был кусочек хлеба, завёрнутый в тряпочку.

Ребёнок недолго рассматривал старика, интерес внезапно угас, и веки ребёнка начали тяжелеть. Смотря, как маленький Волослав засыпает, Платон растаял и уронил узелок.

На этом моменте сон затуманился, и перед Кириллом выстроилась другая картина, будто кто-то намеренно показывает ему эти отрывки.

Зима была холодней, чем десять предыдущих. Платон, воодушевлённый тем, что остался, начал строить планы. В его планах было построить целую ферму.

Той же зимой в один из лютых морозов Платон, Волослав и Палея коротали вечер.

Под потолком висела небольшая тусклая осветительная руна. Они уже собирались спать, когда в дверь кто-то настойчиво постучал. Платон открыл дверь. В дверях стояла тощая старушка.

– Пусти погреться бабушку, – сказала старушка невинным голоском.

Платон хотел было пустить её. Узнав голос Яги, Палея закричала Платону, но было поздно. Не двинув и веком, Яга отбросила Платона и вошла в избу. Палея бросилась к ребёнку, но колыбель разлетелась в щепки раньше.

Молодую мать поранило осколками колыбели. Несмотря на боль, она вскочила и начала глазами искать ребёнка. Не пострадав от взрыва, Волослав по-прежнему мирно спал, но присыпанный осколками.

– Разве ты ещё не поняла? От меня нельзя сбежать! – Яга подошла к женщине и собиралась было убить её, но под обломками от колыбели закряхтел, а потом заплакал младенец.

Старуха недовольно зыркнула на него своим серым, заплывшим катарактой, слепым глазом.