Ошибка Выжившего

— Вы можете задаться вопросом, как я узнал про вас, грубый гость, — удивительно легко вернул самообладание Томас.

— Мне насрать.

Кажется, я поставил шах.

Мужчина дёрнулся, словно от пощечины. Пространство сна продолжило сыпаться.

— Наш Бог уже начал пробуждение, Мистер Фишер. Так быстро, как я не мог ожидать в самом ярком сне. Скорбно говорить, но в этом виноваты исключительно вы. Со всем уважением к вашей силе, тень, вы не сможете победить Спящего Творца, как человек не может победить стихию.

Мужчина убрал сразу несколько фигур.

Я сделал очередную затяжку, удивлённо вскинув бровь.

— Я не понимаю, к чему ты ведёшь. Меня слабо интересуют философские разговоры с тобой, как и договариваться я с тобой, Томас, тоже не намерен. Я не из тех рыбаков, кто общается со своим уловом. Тем более не из тех, кто его так просто отпускает.

Молча скинул все шахматные фигуры. Не только свои, но и его.

Атмосфера вдруг стала тяжелее. Тени зашевелились, бесцветный мир начал сыпаться и вместе с этим плыть чёрно-белыми красками.

— Видит Бог, я мог этого ожидать. Вам придётся подождать здесь до окончания пробуждения, — поднялся со стула мужчина. — После вас будет ждать встреча. Вы можете попро…

Голова Томаса взорвалась.

Уставившись на ошмётки, напрочь игнорируя запах чёрной крови и кишок, сделал затяжку. Провёл в нуарном комиксе не больше дня, а такое чувство, будто целый год. С головы будто гирю сняли.

— …бовать сбежать, но сомневаюсь, что у вас это получится.

Это — ваша личная тюрьма.

Раздавшийся сзади меня голос чёрно-белого человека меня совсем не удивил. Я лениво повернул голову, словно хозяин положения, уставившись в бесцветные глаза нуарного археолога-культиста. Мир перестал дрожать, стабилизировавшись.

— Это всё?

Томас степенно кивнул.

— Тогда что ты здесь ещё делаешь, подстилка твари? — вежливо поинтересовался я.

Для нуарного злодея моя речь оказалось во всех смыслах слишком разрушительной.

Не став больше ничего говорить, таинственно промолчав, решив оставить тайны ночи при себе (или что-то типа того), он исчез, оставив меня в этой клетке одного. Практически одного: Пит всё это время был рядом, готовый в любой момент показаться. И он показался, медленно, выгибаясь, начав пролазить прямо через угол в стене. Со стороны это смотрелось настолько неестественно и мерзко, насколько это вообще возможно.