Шварцвальд. Чем дальше в лес

– Мое почтение, Ваше Величество. Вам всегда рады.

Дворецкий повел гостей вниз. Айли обернулась, вскинув бровь, Юрг только пожал плечами. Он воссоединил зрение, что еще могло его выдать? Внешность? Запах? Или все чудовища мира уже знали о короле, а он прятался почем зря?

Лестница привела в темный зал, где на каждый шаг отзывались искусственные свечи и озаряли пышное готическое убранство, словно под фундаментом Нойшванштайна погребли фасад Нотр-Дам де Пари. Дворецкий лавировал между гробами, где покоились мужчины при параде.

– Фу, какая пошлость, – усмехнулась Айли. Юрг заглядывал в спящие лица. Вампиры? Которого разбудить?

– Изволите видеть графиню Батори? – обратился дворецкий с поклоном.

Юрг глянул на Айли, та ответила за него:

– Изволит-изволит.

– Мне любой подойдет, только скорее! – напомнил Юрг.

– Ты что, здесь без дозволения графини и пукнуть нельзя, – съязвила бааван ши.

Дворецкий скорчил ей рожицу, весьма осуждающую, но озорную, и прошел в отдельный зал. Там он погасил светодиодный канделябр и зажег настоящие свечи.

Щелкали спички, потрескивал огонь, из тьмы проступала роскошь будуара. Посреди комнаты на цепях висел черный лакированный гроб. Нет, не черный, бордовый. Или даже… хрустальный. И до краев залитый кровью.

Когда очередной канделябр озарил изголовье, кровь булькнула, пошла кругами. Показалось женское лицо. Дворецкий склонился к нему.

– Ваше Сиятель…

Брызнула кровь – из гроба взметнулась рука. Пощечина сбила на дворецком очки и оставила ссадину от крупного кольца.

Оно цокнуло о бортик гроба. Рука потянула за собой тело – вынырнула голова, голые плечи и груди с налипшими завитками волос, все багровое от крови, в бороздках и каплях. Дворецкий упал на колени.

– Простите, моя госпожа! – взмолился он.

Графиня схватила его за напомаженные волосы так, что натянулась кожа.

– Как ты должен меня называть? – прошипела она. Из губ ее вытекала кровь, как из колотой раны.

– Но госпожа… – он скосился на гостей, которые застыли от ужаса.

Графиня шваркнула его головой об острый край хрустального гроба.

Тот покачнулся, расплескивая кровь.

– Хватит! – крикнул Юрг, и эхо обдало своды, распугивая летучих мышей.

Графиня уставилась на него и разжала пальцы.

– Ваше Величество… какой приятный сюрприз, – тон ее, однако, звучал уязвленно, а сердце чадило ненавистью и страхом. Она села в гробу и щелкнула пальцами. Дворецкий с размноженным лицом бросился к рычагу, и хрустальный гроб опустил изножье. Кровь хлынула под ноги.