Шварцвальд. Чем дальше в лес

Санитары пичкали таблетками, психологи воодушевляли, психотерапевты угнетали и ковырялись в нем, как в шмотье на распродаже, примеряя то одну, то другую причину его расстройства. Вызвали даже местного доктора Хауса, только без трости и с приторной улыбкой.

– Ты помнишь, когда впервые появился твой так называемый близнец? – спросил именитый психиатр.

Йорг с раздражением пересказал любимую версию врачей:

– В детстве, когда я подслушал, что отец хотел избавиться от меня, я придумал, что не от меня, а от моего двойника.

– В каком возрасте это произошло?

– Лет в пять. Да-да, тот самый нежный возраст, когда родительская неприязнь порождает диссоциативное расстройство идентичности, – Йорг выразительно фыркнул. Он уже устал доказывать, что не свихнулся. Пусть думают, что хотят, Йорг помнил брата, как самого себя.

– Как правило, диссоциацию вызывают травмы другого порядка – насилие, домогательства или… острое чувство вины.

Йорг пожал плечами.

– Не припоминаю.

Психиатр снисходительно улыбнулся и поправил очки.

– Подобные травмы, особенно в раннем возрасте, память зачастую вытесняет. Например, если ребенок замешан в убийстве, он не в силах справиться с чувствами и перекладывает вину на злого близнеца. В последствии ребенок может привязаться к собственной фантазии как к гарантии невиновности.

– Что вы несете? – Йорг поморщился, точно от зловония. – По-вашему, я пятилетний Джек Потрошитель, который предпочел об этом забыть?

– Фрау Шиллер сообщила, что в детском саду у вас в группе погиб ребенок, с которым вы не поделили игрушку.

Нутро скрутило дурным предчувствием. Йорг силился вспомнить садик. Из небытия выныривали стены с рисунками, красно-синие ящички под игрушки, широкая лестница… сирены и слезы… оторванная голова медвежонка…

«Что ты наделал?!» – кричал Йорг на брата и хвастал своей добротой: «Каждого можно простить».

Йорг зажал рот ладонью. Подступила тошнота, дыхание сперло, и сердце взяло разбег, чтоб ухнуть в прорубь приступа.

– Санитаров, срочно! Паника у сердечника, – еле расслышал Йорг сквозь шум в ушах.

Его накачали лекарствами, и распластавшись на постели, под тяжестью пустоты, Йорг смотрел фактам в лицо. Он выдумал фейри, который взял на себя и вину, и достоинства. Запорол Финну выступление? Зато брат станцевал на отлично. Разбил фотоаппарат отца? Да нет, это Юрг уронил, нужно его прикрыть. Облажался на свидании? А фейри вообще плевать на девчонок.

Какой же Йорг кусок дерьма.