О носах и замка́х

Джаспер знал это выражение его лица – еще чуть-чуть, и дядюшка включит свой «деловой тон», или, по-другому, начнет очень отвратительно грубить.

– Простите, так мы можем рассчитывать на то, что вы позовете мистера Портера?

– Я уже это сделала, – бесстрастно ответила мисс Кэрри́ди. – У него сейчас встреча, и он спустится, как только она завершится. Подождите его там.

Не отрывая взгляда от листа бумаги, ползущего из-под каретки печатного механизма, мисс Кэрри́ди дернула головой и ткнула острым подбородком, указывая на диван, обтянутый темно-красной кожей.

Доктор Доу кивнул, и вместе с племянником они отошли от стола занятой клерк-мадам.

Джаспер был удивлен, как это мисс Кэрри́ди дала знать управляющему о том, что его ожидают, при том, что она, кажется, для этого ничего не делала. Разве что где-то под столом у нее спрятана педаль, запускающая систему оповещения. Как Джаспер головой ни вертел, труб вездесущей в Габене пневмопочты он не заметил, но при этом банк работал как слаженный механизм – так, словно его служащие были постоянно связаны друг с другом и приказания им посылали прямо в головы.

– Странное место, – негромко сказал мальчик, когда они сели и старая кожа дивана довольно противно заскрипела под ними. – Мне здесь не нравится.

– Так и должно быть, – ответил доктор Доу. – Не забывай, Джаспер: нам стоит вести себя очень осторожно. Позволь мне самому говорить с мистером Портером. От того, как обернется эта беседа, многое зависит.

Джаспер промолчал.

Он думал о другом: если здешние служащие общаются между собой незримо, то как именно это происходит? И вдруг мисс Кэрри́ди или еще кто-то из банка подключится к его собственной голове?

Дядюшка строго поглядел на него.

– Ты понял меня, Джаспер?

– Да, понял, – раздраженно ответил племянник и кашлянул – в горле пересохло и там что-то зачесалось, но стаканы с водой здесь, очевидно, не водились.

Потянулось томительное ожидание. Стрелки висящих под потолком часов лениво ползли.

Мисс Кэрри́ди продолжала печатать. Другие клерк-мадам шелестели бланками, кто-то едва слышно всхлипнул, пара человек присоединилась к очередям у касс.

Как ни странно, именно в очередях ощущалось хоть какое-то подобие жизни, и Джаспер сам не заметил, как они завладели всем его вниманием. Спустя уже каких-то пять минут наблюдения он понял, как здесь все устроено.

Эти перетаптывающиеся люди с поникшими плечами крепко прижимали к себе картонные перфокарты.