О носах и замка́х

– Фиш летает по воздуху на своих этих крыльях, и у нас должно быть преимущество. Или как минимум нужно уравнять шансы.

– Признайся! Именно поэтому ты не говорил, куда мы идем?

Толстяк хмыкнул: он знал, что если заранее предупредит напарника о том, что ему предстоит сделать, тот ни за что не поднимется на крышу.

– Не будь тряпкой! – бросил Мо. – Отступать поздно! Дело того стоит, ты не забыл?

– Ничего я не забыл.

– А потом похвастаешься Лиззи, какой ты смелый, и она погладит тебя по головке – прямо, как мамочка.

Бёрджес тяжело вздохнул – он боялся, что Лиззи ни за что не погладит его по головке, а настучит по ней скалкой или поварешкой. Его младшая сестра была очень строгой и всегда так за него переживала…

Но Мо это нисколько не заботило, и они неумолимо приближались к воздушному шару.

Еще издалека Бёрджес различил, что в корзине, среди рычагов и поршней, суетится невысокий, сильно сгорбленный человечек. Локти его торчали в стороны, словно у насекомого, и он так быстро перемещал конечности между ручками, тумблерами и какими-то катушками, что казалось, будто их у него минимум четыре.

Одежда этого человека соответствовала неказистости его летательного средства: грязное вязаное пальто, перчатки-митенки, целый ворох полосатых шарфов. На голову горбун натянул старенький кожаный шлем, большие лётные очки с мутными стеклышками скрывали его глаза.

– Ну здравствуй, Тумз, – сказал Мо, когда они подошли.

– О, мистер Бэнкс! – Широко осклабился горбун, повернувшись к Бёрджесу и Мо.

Его рот оказался пуст – ни одного зуба.

– Узнал, значит.

– С флика можно снять форму, но полицию из него не вытравить.

– Надеюсь, не все такие глазастые, как ты. Мы сейчас, знаешь ли, действуем ин-ког-ни-то.

– Не знаю, что это такое, – почесал щетинистый подбородок Тумз. – Охотитесь за пирожными?

– Действуем тайно, болван. И сейчас меня зовут Мо. Монтгомери Мо. А это, – он кивнул на спутника, – Кенгуриан Бёрджес.

– Кенгуриан? – нахмурился горбун. – А что, есть такое имя?

– Очевидно, есть, – прорычал Бёрджес.

– Раз меня так зовут. Ты уверен, Мо, что эта штука надежная?

– Конечно, уверен! – ответил толстяк. – Тумз ведь на ней постоянно летает, верно, Тумз?

– Верно-верно! – поддакнул горбун.

Все это не слишком-то убедило Бёрджеса. Аэростат выглядел так, словно только что преодолел несколько штормов и бурь. Залатанная и потертая оболочка когда-то, очевидно, была клетчатой, но сейчас – просто различных оттенков серого.