Институт. Часть 4. Прыжок веры

И выпей, пожалуйста, хотя бы чай.

Эва не только выпила чай, но и кашу съела. И вообще она немного воспрянула духом, так что даже рада была видеть Ярви, который заявился вскоре после завтрака. Очевидно, выглядела она теперь ещё живописнее, чем позапрошлым вечером, потому что Ярви застрял у порога и только смотрел на неё с неподдельной болью на лице.

— Тивис-Йорин говорит, через пару недель пройдёт, — ехидно сказала Эва, помахав ему рукой из-под одеяла. — Жаль, что сейчас не Ночь Охоты на Призраков, да? Даже грим не пришлось бы делать.

— Ха-ха, — отозвался Ярви мрачно. — Обалдеть как смешно.

Эва вздохнула. Вот уж чего ей этим дивным утром меньше всего хотелось, так это собачиться с Ярви.

— Тивис-Йорин уже заходила, — сказала она в надежде сменить тему и кивнула на бинты и баночки, которые Ярви держал в руках.

— Знаю. Я это тебе принёс, — ответил он, слегка хмурясь. Подошёл к столу и вывалил на него целую кучу всего.

— Это для поднятия боевого духа, я так понимаю? — спросила Эва осторожно.

— Это для того, чтобы ты положила всё в рюкзак и всегда носила с собой.

— Да ладно. Если что, ты же всегда здесь, чтобы меня подлатать.

— Я не всегда здесь, — процедил Ярви сквозь зубы. — И ты что-то не горишь желанием принимать мою помощь. По крайней мере, имей при себе аптечку, когда в следующий раз пойдёшь гулять в гордом одиночестве… по подворотням.

Эва почувствовала слабый укус совести. И раздражение. Было бы куда легче принимать твою помощь, если бы ты не читал мне нотаций о моей глупости, безответственности и эгоистичности, подумала она тоскливо, но вслух сказала:

— Я так понимаю, выбора у меня нет?

— Ни малейшего, — сурово сказал Ярви и ушёл.

Эва поворчала, но пришла к заключению, что бинты и бактерицидка не повредят, поэтому запихнула их в рюкзак, швырнула его под стол и принялась маяться от безделья. Сегодня ей было куда лучше, хотя боль и слабость пока что не думали прекращаться. Однако озноб прошёл, она выбралась из-под одеяла и даже застелила кровать.

Шёл второй урок — мироведение, когда раздался робкий стук, дверь приоткрылась, и на пороге показался Ланс собственной персоной. Эва страшно всполошилась, не зная, стоит ли радоваться вслух, сказать ли что-нибудь и что именно, и в итоге только таращилась на него.

— Я услышал от Мэл, что ты попала в неприятности… и тебе плохо, — сказал Ланс шёпотом. — Ты не против, что я пришёл?

— Рада, что ты опять разговариваешь, — от души ответила Эва. — Ради этого стоило слечь.