Ледяное сердце

Едва войдя в прихожую, Илья уловил, что воздух пропитан чем-то тяжелым и едким, словно проклятый монстр наследил и здесь. Затем послышались голоса — громкие, встревоженные, убитые, опустошенные. Они стали уплывать, лица слипались в мутной пелене, в которой Илья отчетливо разглядел одно — серое безжизненное лицо Ларисы Цыплаковой...

Он не помнил, как заговорил с ней и слушал все, что ей удалось выдавить сквозь слезы, и не помнил, смог ли что-то ответить. Кто-то отвел Илью в кабинет Антти, там старый колдун помог ему прийти в себя и рассказал, что Олег после их отъезда тоже решил выбраться в город вместе с Халти, забрать из квартиры какие-то любимые инструменты и заодно показать домовому свои старые деревянные скульптуры.

Доехали они без проблем, а вот потом связь пропала, и телефонная, и магическая, и Антти поднял тревогу.

Машину Олега нашли на пустыре вблизи какого-то заброшенного завода, колеса успели завязнуть в снегу. Его безжизненное тело на водительском месте успело совсем окоченеть, глаза закрыты, словно мужчина замерз во сне, и ни единой раны.

Зато тело Халти рядом с ним было почти рассечено пополам каким-то массивным холодным оружием, а пол залит темной кровью.

— Из Олега вынули душу? — тихо спросил Илья, когда немного смирился с услышанным.

— Нет, если тебя это хоть немного утешит, — ответил Антти. — Умер он без мучений, на них просто навели мощный усыпляющий морок. Твоего друга бросили замерзать, а Халти быстро прикончили: на него же мороз не действовал.

— Какая сила нужна, чтобы нанести такой удар?

— Нечеловеческая, — констатировал старик.

— Хафиза этого сделать не могла, и даже ее подручные — вряд ли. Кроме того, в машине нашлось еще вот это.

Он протянул Илье лист бумаги, на котором было написано черным маркером: «Если не примешь мое предложение — в следующий раз это будут их дочери, Водяной Змей. Кстати, они обе недурны и соблазнительны, так что я совмещу полезное с приятным».

— Черт! — простонал Илья сквозь зубы. — Даже не шифруется, подонок! И что теперь, идти на их поганые условия и давать зеленый свет другим изнасилованиям и убийствам? Но разве мы можем ожидать от них с Хафизой честной игры?

— Тут ты абсолютно прав, — кивнул Антти.

— И не вздумай винить себя: Латиф делает мерзости и подлости просто потому, что может и хочет. Но сейчас он немного блефует, Элиас.

— То есть?

— Я поставил сильный заслон в гостинице, а на заливе и в лесу установил именно такие ловушки, о которых сказал тебе недавно.