Ледяное сердце

Впрочем, никто из зрителей-участников не пострадал, благо они были молоды, здоровы и добровольно подписывались на острые ощущения. Кое-кто из них много лет спустя писал Хафизе, что ей стоило войти в историю как прародительнице 7D-кинотеатров в России.

Однако именно это не устраивало саму колдунью: ощущение имитации. Ей подобно наркотику было необходимо чувство истинного страха, запах гормонов, просачивающихся с холодным потом, замедляющих кровь и отключающих разум. Она хорошо помнила его с первых вечеринок с Латифом, когда они почти не пускали в ход магию — просто играли на неопытности одних гостей и разнузданности других.

Погрузившись в воспоминания, она поднесла к губам сигарету и собралась щелкнуть зажигалкой, однако язычок огня еще раньше сгустился в воздухе. В комнате запахло жженым деревом и раскаленным асфальтом, и Хафиза улыбнулась. Не сказать чтобы она сейчас была рада визиту бывшего друга, но это могло хоть что-то прояснить.

— Ты не забыл эту игру, Абдуллатиф, — заметила она, смачно затянувшись. — Хочешь почтить память нашего былого союза?

— Это не я его разрушил, — развел руками материализовавшийся Латиф. — Просто ты заигралась и тебе понадобился слуга, а не друг. А пришел я для того, чтобы ты не успела напридумывать себе всякую дичь.

— И в самом деле, что же я могу придумать, когда около моего дома бродят местные колдуны, а в лесу валяется труп моего брата? — зло прищурилась ведьма.

— Я и не спорю, что это серьезно, только не сваливай все на меня! Просто ситуация вышла из-под нашего контроля, так что теперь расхлебывай как можешь. В конце концов это была только твоя затея!

— Абдуллатиф, ничего «нашего» больше нет. Я вижу, что ты пытаешься усидеть на двух стульях, поэтому и не причинил этому ведьмаку особого вреда.

— Малефика, я бы сам предпочел, чтобы это не было правдой, — вздохнул Латиф. — Но если у тебя осталась хоть капля интуиции, то придется поверить! Я стащил с него сапоги с носками и оставил валяться там же на заливе, рядом с собакой. За ночь на таком морозе он без всякой магии должен был гангрену заработать!

— Ну если ты не врешь, то идея была красивая, — заметила Хафиза, — жаль, что получился пшик.