Ледяное сердце

Но с какой целью? И что означал этот сон во сне?

— Скажи, Юха, а здесь вблизи есть жилые дома?

— Ну вообще людьми пахнет, но мне этот душок не нравится. Лучше нам их не искать, а убраться подобру-поздорову. До большой дороги недалеко, а там ребята машину подгонят.

«Большой дорогой», насколько Илья знал, лесовики называли шоссе. Он слышал его шум, но ступни уже сильно болели, вдобавок кружилась голова и подташнивало. Кое-как встав на ноги, опираясь на плечо Юхи, он невольно поморщился и заметил красные следы на снегу.

— Черт, похоже, я их где-то разбил...

— Вот же дела, мне и дать тебе нечего, — сокрушенно вздохнул парень, привыкший с детства бегать по лесу босиком. — Ладно, в крайнем случае понесу тебя на закорках.

— Да ты что! — отмахнулся Илья. — Уж как-нибудь дойду, вытерпел же до сих пор.

Юха недоверчиво покачал головой, но не стал спорить, и они начали пробираться меж деревьев и колючих кустарников, облепленных комьями снега, которые в детстве казались Илье похожими на шарики мороженого.

Сейчас, конечно, любоваться природой не тянуло, к тому же лесовик то и дело останавливался и смотрел вглубь чащи, тревожно щурясь и принюхиваясь. Илья уже хотел спросить, в чем дело, как вдруг позади послышался хруст снега, а затем странный треск, словно кто-то наступил на хлипкую доску.

— Паска**! — выругался лесовик и с силой надавил Илье на плечо, заставив нагнуться и лечь наземь. Пахнуло чем-то едким. На миг обернувшись, Илья заметил массивный темный силуэт среди деревьев и легкий дымок.

Остальное происходило так быстро, что мысль у Ильи не поспевала, и только поэтому — да еще из-за боли в ногах, — он оставался в сознании и все увидел. Юха вскочил на четвереньки и замер, вперившись в лес глазами, которые вдруг окрасились в желтый и не выражали ничего, кроме настороженности и злобы. Его руки со всей силы вцепились в мерзлую землю, а когти стали быстро вытягиваться. Рот оскалился, меж клыков потекла пена, из горла демона вырвался тихий глухой рык, напоминающий потрескивание дерева на ветру.

И в ответ на этот звук сразу понеслись другие голоса со всех уголков заснеженного края — злобные, испуганные, голодные, жалобные, отчаянные. Похожие на привычную перекличку городских псов и все же иные, куда более мощные и зловещие.

Быстро содрав с себя рубашку, Юха утробно зарычал в голос и бросился туда, где все сильнее слышался хруст снега под чьими-то шагами.