Ледяное сердце

Некоторое время они сидели так почти неподвижно, и наконец он промолвил:

— Слушай, мне кажется или метель с ночи до сих пор не прекратилась? Может, туман так сгустился, но что-то за окном вообще ничего не видно.

— Да, снег так и валит, ребята пока даже не брались за уборку, — вздохнула девушка. — Возможно, ты сегодня не сможешь выйти в лес...

— Возможно, — повторил он, как эхо. — Но дома тоже дела найдутся, верно?

— А как же! — тихо отозвалась Накки и стала наливать кофе. Илья немного посидел на кровати, обхватив голову руками, затем подогнал себя и отправился к сыну.

*Родной, любимый (фин.)

Глава 21. О высших и низших

После переезда Латиф с удивлением понял, что чувствует себя спокойнее, чем за все время их с Геленой брака, включая медовый месяц. Ему даже расхотелось разбираться с колдунами и Цыплаковым: только бы поскорее уехать из страны и забыть о проблемах. Он уже выбрал место назначения — в Мексике, в Теотиуакан-де-Ариста, недалеко от мертвого города ацтеков, у него имелся старый глинобитный дом с серо-желтыми стенами и крохотными оконцами в голубом обрамлении, с булыжной оградой и палисадником.

Латиф не сомневался, что Гелена привыкнет к этому дому и новой земле, на которой больше не придется страдать от холода.

Пока дела шли своим чередом: он выбирался в город, решал вопросы с галереей и покупал продукты, а Гелена отсиживалась дома и даже снова рисовала какие-то эскизы в своей тетради. По ночам он овладевал ею с прежней уверенностью, но заметил, что жена утратила увлеченность и игривость.

Теперь ее натура стала для него еще более загадочной, но тем сильнее он не хотел ее терять.

Но однажды утром они проснулись от резкого стука в дверь. Потревоженный со сна и злой, Латиф пошел к ней босиком, заодно глянув в окно и подметив что-то странное. Но с той стороны стучали все более упорно и ожесточенно. Гелена тоже вскочила, и укутавшись в теплый халат, робко выглянула в коридор.

Распахнув дверь, Латиф с изумлением увидел на пороге Хафизу.

Ведьма, облаченная в шубу из черной блестящей шерсти и такой же черный хиджаб с серебряной каймой, смерила демона недобрым настороженным взглядом.

— Зачем ты сюда явилась, Малефика? — тихо и зловеще промолвил он.

— Да брось, просто Хайфи, — усмехнулась она с обманчивой безмятежностью. — После всего, что ты выкинул, дражайший, реверансы совсем не к месту.

— Я уж понял, раз ты пришла сама, а не прислала кого-нибудь из своей свиты.