Тайны старой аптеки

Джеймс поморщился от одного вида этих устройств – настолько отталкивающе они выглядели: иллюстрации в справочнике механической хирургии вызвали у него неприятные мысли о жутком Некромеханике – персонаже нескольких выпусков «Ужасов-за-пенни», который оживлял мертвецов, снабжая тела покойников пружинами и шестеренками, роторами и поршнями, превращая их в чудовищные некроконструкты. И хоть сам Некромеханик, да и его кошмарные творения были всего лишь городской легендой, обретшей плоть с легкой руки авторов «Ужасов», Джеймс считал, что эти истории так просто не появляются.

«Ужасы-за-пенни»… Джеймс любил эти рассказы и всегда с нетерпением ждал выхода нового выпуска. Он вдруг подумал, что эта комната, да и сама аптека весьма напоминает какое-нибудь жуткое место из этих рассказов. Темный зал внизу, скрипучая лестница, узкий коридор с портретами старых аптекарей, комната с ржавыми механизмами и натуралистичным хирургическим справочником. Здесь даже был череп! Не стоило забывать и о хозяине аптеки, который напоминает самого настоящего призрака…

– Призраки ведь не умеют зажигать лампы и открывать двери ключом, так? – спросил себя Джеймс неуверенно.

Джеймс нахмурился и оборвал себя:

– Что за глупости? Конечно же, он не призрак. Кажется, я слишком много читаю эти истории…

И все же с тем, что это место, вызывает чрезмерную оживленность мурашек на коже, спорить было глупо.

Помимо мурашек, еще и живот решил вдруг напомнить о себе – недовольно и весьма назойливо забурчал.

– Когда там ужин? – буркнул, аккомпанируя животу, Джеймс и глянул на часы. – Еще целый час! Нужно подкрепиться чем-то до того. У меня ведь был с собой…

Посмотрев на чемодан, который лежал на кровати, Джеймс хлопнул себя по лбу: он ведь совсем забыл о том, что собирался сделать сразу же, как только останется один в комнате!

Вернувшись к кровати, Джеймс склонился над чемоданом.

– Я знаю, что тебе надоело там сидеть, – сказал он. – Сейчас, сейчас… я тебя выпущу…

Джеймс отщелкнул замки и аккуратно поднял крышку.

– Ну здравствуй, Пуговка.

В чемодане лежало чучело небольшой собачонки с встопорщенной коричневой шерстью, торчащим хвостиком и двумя пуговицами на месте глаз.

– Этот сердитый констебль тебя учуял, Пуговка, – сказал Джеймс, нежно погладив чучело по холке. – Я знаю, знаю… тебе очень хотелось вцепиться ему в нос.