Арлекин

- Олимпийку – показал ближнему на его одежду – потом ползите за дверь.

Быстро применил «ключ», одновременно застегивая молнию.

- Надо проверить Сато – подумалось мне, когда услышал жуткие крики со стороны арены.

Что отличало меня от японца, так это то что «выбором» он точно не заморачивался, сумев погрузить одну треть зрительских мест, пока меня не было, в кровавое облако.

Он похоже наконец встретил серьезных противников в виде двух мечников, занявших выгодную позицию, выше него, на ряд зрительских мест. Атаки японца искусно блокировались, не давая ему продвинуться.

Кинжал в левой, пистолет в правой. Мне никто не препятствовал в моем путешествии до японца.

– У них совсем нет огнестрела? – расположившись чуть сбоку и смотря за выпадами и защитами, спросил я. Потом навел оружие на застывших каменными статуями охранников.

- Через пару минут, здесь точно появиться что-то сильно убойнее чем твой пистолет.

- Будешь ждать? – ухмыльнулся я, пока не став стрелять, вдруг у этих узкоглазых это будет оскорбление, если я влезу в его схватку.

- Издеваешься? – прошипел японец – помогай!

- А.. ну если можно – выстрелы слились в один сбивая противников Сато с ног.

Он сразу воспользовался ситуацией рывком сократил дистанцию, поочередно вонзая клинок в поверженные тела.

- У нас еще минут пять, пока прибудут реальные противники – оскалился японец – и если бы ты видел, что они делали с детьми, то не стал бы стрелять по ногам.

- Даже так – искренне удивился я – совсем ничего человеческого?

- Другой вид – кивнул головой забрызганный кровью японец – так они говорят.

- Пиздец – принял я на веру творимые здесь зверства – карай! Пришлись кстати слова «Громовержца».

- Пока хватит патронов, эти с саблями к тебе не подойдут.

Сато рванул в гущу убегающих, размахивая своим не знающим жалости клинком. Патроны быстро кончились, как и охранники. Жалко, что рожек в «Калаше» был уже пустой.

Пару раз в японца летели горящие шары, от которых он успешно уворачивался и одно почти настоящее ледяное копье.

- Слишком легко – только и сказал он, презрительно скривив губы.

Демона с мечем было не остановить. Он настигал своих жертв и расправлялся с ними безо всякой жалости. Я сопровождал его, наблюдая как его одеяние полностью становиться бордово-красным от пролитой крови.

Вдруг что-то ухнуло, и арена пришла в движение, теряя свои очертания.