Орден Сталина

Не узрел он и того, как резная шкатулка, стоявшая на шкафу прямо против его головы, стала вдруг без посторонней помощи поворачиваться, ложась на переднюю торцевую стенку, а затем бесшумно открылась.

Трудно сказать, была ли эта шкатулка той самой, что свалилась когда‑то с небес на юного тибетского правителя Ньянцэна, но первоначальным Колиным намерением было уронить ее на голову взломщику, это точно. Однако ларчик был тяжелый, с острыми углами, с выпирающими ребристыми элементами декора. Ньянцэну‑то он, может, никакого вреда и не причинил, а вот незадачливому квартирному вору запросто мог проломить череп.

В тибетской шкатулке давно уже не хранились буддистские свитки (если они вообще когда‑нибудь там были). Зато, сложенные туда Колиной бабушкой, внутри резного ящичка находились полотняные мешочки с травами и порошками из них. Один такой мешочек – довольно объемистый, напоминающий кисет для табака, – волшебным образом выполз наружу, перевернулся и – прямо в лицо домушнику высыпалась добрая пригоршня желтоватого, похожего на цветочную пыльцу вещества.

Взломщик выронил отмычки, зажмурился и принялся трясти головой, словно собака, только что вылезшая из воды. Но продолжалось это недолго. Коля не успел еще сосчитать до трех, как мужчина с пыльцой на лице стал одновременно приседать и наклоняться – словно прячась за бруствером окопа, а потом, не издав ни звука, повалился на бок и замер неподвижно.

К сожалению, со шкатулкой при этом случилась незадача. Двигая ее на расстоянии, Коля не смог оценить, насколько близко от края шкафа она оказалась.

Николай вбежал в комнату и первым долгом подобрал карточку, ругая себя, что не догадался спрятать ее понадежнее. Однако теперь сокрушаться было поздно, да и потом – не мог взломщик эту фотографию увидеть, конечно же, не мог, поскольку свалился в бесчувствии одновременно с тем, как снимок выскользнул на пол.

Успокоив себя этой мыслью, Коля склонился над незваным гостем. Порошок сработал как надо: взломщик спал непробудным сном, дыхание его было ровным, пульс – насыщенным. Николай знал, что сон этот продлится никак не менее часа, и стал осторожно собирать с пола остатки порошка, стряхивая их обратно в мешочек.

Закончив с этим, он поднял с полу Аннину фотографию и около минуты глядел на неё.