Орден Сталина

Справедливости ради надо отметить: Григорий Ильич не сразу решил столь быстро и круто разобраться с Анной. Поначалу ему подумалось: а не сделать ли ему красавицу ненадолго своею любовницей, прежде чем ее уничтожать? Но, увидев в ней явную и нескрываемую неприязнь к себе, понял, что не стоит откладывать дело в долгий ящик.

Сон Анны – о карлике‑почтальоне – был верным от начала до конца. От своих нанимателей Семенов и впрямь получил распоряжение покончить с «Горьким»; на то были особые причины. Так что Григорию Ильичу требовалась кандидатура: на кого возложить ответственность за уничтожение летучего агитатора.

И он выбрал Анну, решив разом избавиться от двух проблем: и от пронырливой бабы, чуть было не раскрывшей его тайну, и от опасности разоблачения его, Григория Ильича, как тайного организатора страшной авиакатастрофы. Именно Семенов написал, ловко подделав почерк Благина, то самое письмо, которое очутилось затем в Анниной сумочке. И красавица ничуть не ошиблась, предположив, что автор этого эпистолярного шедевра – иностранец.

Но теперь, когда обнаженное тело прекрасной молодой женщины лежало перед ним на каталке в морге, чекист не испытывал торжества, а терзался крайне неприятными мыслями. Как могло случиться, что он не предвидел ни появления того существа из ямы для трупов, ни побочного эффекта от произнесенного им заклятья, ни, наконец, наличия у Анны знаний об эзотерических обрядах, каковые – знания – едва не послужили к его, Григория Ильича, уничтожению?

– Прикажете кремировать тела, товарищ Семенов? – обратился к нему Стебельков – очень кстати оказавшийся в здании Наркомата, когда случилась неприятность с расстрелом, и взявший на себе почти все последовавшие за этим хлопоты.

Тел и вправду было несколько: чуть поодаль на каталках лежало то, что осталось от трех палачей НКВД (останки одного из них продолжали подергиваться), а также длинное худое тело исхлестанного ремнями узника – Колиного двойника.

Происходило всё это за несколько часов до того, как Скрябин вошел в «библиотеку».

Григорий Ильич, поглощенный своими мыслями, Стебелькову не ответил. Никогда еще прежде не случалось комиссару госбезопасности настолько попадать впросак. А между тем разгадка была проста.

Да, Семенов не знал, что Николай Скрябин теряет в его присутствии значительную часть своих особых способностей, но не ведал чекист и того, что он сам в присутствии Скрябина также утрачивает почти все таланты, какими владеет. А таланты эти были немалыми.