Звери в Цвете

Сначала откусит голову, полакомится мозгами, а потом съест и остальное. Один человек решил обмануть Чудовище. Он убил свою жену и разрезал ее на куски. Эти куски он скормил Чудовищу, а когда оно уснуло, пробрался к цветку. Но Чудовище проснулось и поймало его. Только оно было сытое и потому не стало его сразу убивать. Только откусило у него кусок ноги, чтоб не сбежал. А потом ело целую неделю. Человек орал так, что на всю свалку было слышно. Чудовище не любит плохих людей…

Она плеснула себе в плошку немного жижи.

— Кровавая сказочка, — сказал Маршал.

Спарк усмехнулся.

— Не слышал ты кровавых сказок! Я вот могу рассказать такие, после которых ты до конца дней не сможешь спать спокойно. Про суп из младенцев или про человека, который в голодный год съел свою ногу… Здесь никто не пугает детей драконами и ведьмами. Они видели вещи пострашнее драконов и ведьм, вместе взятых. Вот для тебя людоед — сказка, а здесь он может оказаться твоим отцом… Что не остановит его, когда он проголодается.

Маршал проглотил вставший поперек горла комок. Старик ведь не шутил. Насколько же нелеп этот чудовищный, искалеченный мир! Свалка жила не по человеческим законам, но это и не законы дикой природы. Жуткая пародия на те и на другие.

— Я был знаком с одним людоедом, — наконец сказал Маршал. — Милейший человек оказался. Правда, съел одного известного специалиста по выживанию в джунглях. Но из благих побуждений — в его племени высшая форма уважения…

— Поверь мне, — сказал Спарк, — со здешними людоедами знакомиться не стоит.

— Я видела Красный Цветок! — сказала Кэтти. — За тем холмом. Но я не успела его сорвать — там были еще рабочие с экскаватором, и они засыпали его. А теперь мне никто не верит, что я его видела…

Девушка хлюпнула носом. Спарк погладил ее по руке.

— Почему, милая? Я верю.

Кэтти вскочила. Так и не вытерев рот, она побежала в дом.

— Только не расстраивай ее, — тихо сказал Спарк. — Пусть думает, что она видела Красный Цветок…

— В смысле? — не понял Маршал, но в этот момент из хижины вернулась Кэтти, прижимая к груди пачку мятой бумаги: вырванных тетрадных страничек, деловых бланков, картонок от старых коробок. Она вывалили все Маршалу на колени.