Ангел на шпиле

В итоге, Бестужев, который палец о палец не ударил, чтобы помочь Елизавете взойти на трон, составляет новой царице манифест, получает чин действительного тайного советника и орден Андрея Первозванного.

Но у Лиса появилась мечта: "Хочу быть канцлером" — мурлыкал он, жмуря глазки. Однако Елизавета слишком боялась хитрости Лиса и отдала должность канцлера князю Черкасскому, а Бестужева сделала лишь вице. И в России появился канцлер, который двух слов не мог связать на иностранных языках, и вице, который свободно на них изъяснялся и с лёгкостью писал.

"Как несправедливо-то!" — подумал Лис, но ничего не сказал, а лишь тонко улыбнулся.

Ему было уже за сорок, он был хитёр и могущественен. Он мягко отстранил французов (приведших Елизавету к власти), он подружился с Австрией, он улыбался, скаля зубки, Пруссии. Вокруг него бушевали интриги, гремели раскаты грома, французы и подданные Прусского короля клялись своей жизнью свергнуть вице-канцлера, пускали вход всё: письма, подлоги, клевету. Французы подняли против России Турцию, король Фридрих Прусский требовал от своих послов напрячь все силы, чтобы свергнуть Бестужева: "от этого зависит судьба Пруссии и моего дома" — признавался он, но.

Немного о французах: Елизавета всерьёз обещала французскому послу Шетарди после переворота и коронации вернуть Петербург Швеции. Шетарди поверил и достал ей деньги на переворот. Но царица обещание чутка забыла. С девицами такое иногда случается.

Интриган? Да. Радетель за дело государства Российского? Да.

Мораль: Лисы тоже бывают полезны.

1744 — Схватка века

Против Бестужева: король Франции и его "всесильный" посланник Шетарди, любимец Елизаветы, король Пруссии Фридрих, действующий через мать цесаревны Екатерины (будущей Екатерины II, которая в тот момент была женой наследника), Лесток, личный врач Елизаветы, которого императрица очень любила и которому она доверяла.

За Бестужева: Михаил Илларионович Воронцов, приближённый Елизаветы.

Битва грянула, и... Шетарди выслали в 24 часа, мать цесаревны — тоже, а Лестока щёлкнули по носу и велели лечить, а не лезть в политику. А Лису всё дали-таки вожделенное канцлерство.

Мораль: когда все против тебя, это не значит, что ты не сможешь обернуть всё в свою пользу

1740-е , вторая половина— новые враги

Лис не был образцом для подражания. Ночью он изволил кутить: пил вино, играл в картишки на крупные суммы.