Странные человечки. Страннейшие

На работу Олег не вышел – позвонил и сказался больным. И все три дня, до самого воскресного вечера, он отщелкивал пультом каналы с криминальными новостями. Только сообщений о мужчине, зарезавшем свою любовницу, так и не прозвучало. Наконец, Олег не выдержал, обклеил голову электродами и, закрыв глаза, включил усилитель.

Ну, здравствуй, Гоша. И где же это мы? Олег, осторожно ступая, вошел в темную прихожую. Что-то подсказывало ему, что шуметь не следует – хозяин квартиры не ждет гостей. Странно, но Олегу показалось, что он уже где-то встречал эти стены, мебель, обои и паркет с треснутым лаком.

Он поднял правую руку с ножом, лезвие которого было бурым от пятен засохшей крови. Олег знал, чья это кровь.

И еще он знал, что стоит перед дверью своей комнаты. Неужели, комплекс управления мозгом имеет незапланированную обратную связь? И в ночь, когда Олег ожидал возвращения своей жены, привыкая к телу и сознанию ее любовника, сам Гоша листал, как страницы энциклопедии, его воспоминания? Это серьезное упущение в защите комплекса.

Надо сообщить в лабораторию.

А может, комплекс тут ни при чем? Просто Ленка разболтала Гоше, чем занимается ее муж, и, очнувшись возле остывающего тела с ножом в руках, тот просто сложил «два плюс два». Дальше ему оставалось лишь перетрясти Ленкину сумочку, найти ключи от квартиры и адрес в паспорте… Три дня – долго же он собирался с духом.

Олег попытался усилием воли остановить реципиента, но, похоже, комплекс начал распадаться раньше времени, и непослушная рука толкнула дверь.

Олег увидел самого себя. Это было удивительно – наблюдать, как он сам встает с кресла, нажимая кнопку отключения усилителя и судорожно срывая с головы провода и наклейки с электродами.

Олег открыл глаза. Ракурс мгновенно изменился, и он увидел себя, с резким замахом вонзающего нож в свою грудь. Металл принес боль, тут же обернувшуюся гранитной волной смертельного удушья. Умирая, Олег продолжал смотреть в свои пылающие ненавистью глаза.

Не было ни страха, ни обиды – лишь сожаление, что результаты лучшего эксперимента так бесславно канут в неизвестность.

Олег улыбнулся самому себе, исчезающим сознанием отметив - несмотря ни на что, первый опыт на человеке можно считать удачным.

Черви-козыри

Сева чувствовал себя крайне неуютно. И виной тому была не дрянная осенняя погода, и не мелкая противная морось, которую холодный ветер норовил зашвырнуть за воротник куртки.