Хронум Книга II

– А нужно было озвучить свое согласие вслух? Вроде и коню понятно, что за яйца меня схватили крепко. За одно тянут ублюдки Левиофана, за другое… кхм, уважаемый князь Пожарский.

– Как ты думаешь, Лев, почему я обратился с этим предложением именно к тебе?

– Очевидно же. Я умный, сильный, нахожусь ближе всех к Организации, – без ложной скромности начал перечислять ему свои достоинства. – А еще, если я не сдохну от болезни, то наверняка смогу добраться до Левиофана.

– Потому что ты патриот, Лев. Такой же, как я. Ты любишь свою родину.

– Пять.

– Мне нужно было лично поговорить с тобой, чтобы увериться в тебе. Все, мне пора, Ахматов. Извини за то, что последует после моего ухода.

– А что последует после вашего ухода? – не понял я его слов.

– Отмудохают тебя, чтобы не вызывать подозрений. Сильно отмудохают, Лев.

– Обязательно сильно мудохать?

– Вячеслав Викторович, голубчик, разрешаю вам высказать Ахматову все, что о нем думаете.

– Так точно, Игнат Данилович! – повеселел тот сразу. И даже, сука, не мог скрыть своего ликования.

Следующий час я был грушей для битья. Сам грандмейстер принимал участие в моем избиении. Какую же лютую ненависть он испытывал ко мне, если так зверски ломал мои ребра. И это, на минуточку, прокачанное тело одаренного. Что было бы со мной, не будь я настолько крепок? Вначале я хотел нырнуть в лимб, но после очередного удара по голове напрочь забыл о своих способностях.

– Сука, изверги! – бросил я напоследок полисменам, прежде чем оказаться в луже на Арсенальной набережной.

По легенде меня отпустили под подписку о невыезде из страны, сделали главным подозреваемым в похищении князя Романова. Ну и, естественно, придали соответствующий вид. Как сказал Полунин: «Вот теперь претензий к тебе нет, Ахматов. Ползи к себе домой». Надеюсь, и у Организации не возникнет вопросов по поводу моего скорейшего освобождения.

– Хозяин! – бросился ко мне счастливый собакен и начал облизывать мое лицо шершавым языком.

А мне даже сопротивляться ему не было сил, так сильно меня оприходовали полисмены.

– Командир, вы как?

– Хреново, – сказал я чистую правду.

– Выглядите, как говяжья отбивная.

– И я рад тебя видеть.

Меня подхватили под руки, бережно усадили в авто, и мы поехали в усадьбу.

Весь следующий день я не вставал с кровати. Матвей изо всех сил пользовал меня. Замотал в гипс, как мумию.